LINRAMM

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » LINRAMM » Slash » Предатель (Просто Маша)


Предатель (Просто Маша)

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

азвание:Предатель
Автор: Просто Маша...
Фандом:Linkin Park, Limp Bizkit (Wes Borland)
Категория: слеш
Пейринг:Честер/Майк, Вес Борланд/Майк
Жанр:Экшен, немного романтики и драмы
Рейтинг:NC-21
От автора: насилия, жестокость
Описание: команда "ЛП" лучшая в антитеррористическом деле... Но что случится, когда их обвинять в измене своей стране?

Предатель.
* * *
В зале для совещаний находилось около 5 человек. Это были главы организации, которая занимается антитеррористической деятельностью. С помощь надежных источников, шпионов, камер слежения поступали данные в оперативный центр, из которого отдавали распоряжения о предотвращении какого-либо террористического акта, или той деятельности, которая может плохо сказаться на государстве, повлиять на его стабильность и принести существенные убытки. Это 5 человек решали, кому жить, а кому умирать, кого можно помиловать, а кого отправить в расход.
-у нас в организации завелся «крот», - поднялся мужчина лет 35, в строгом черном костюме, расстегнув пуговицы пиджака, и ослабил узел галстука, - кто-то уже несколько месяцев сливает информацию.
-возможно, его вычислить без лишнего шума?, - задала вопрос женщина лет 60 в белом костюме и с осветленными волосами.
-мы этим занимаемся, а сейчас перейдем к более важным делам?, - ответил ей все тот же мужчина.
-Вес, что может быть важнее предателя, который засел у нас в организации и упорно срывает все наши планы?, - перебил его толстый мужчина, с противными усами, которые смотрелись неопрятными.
-важнее может быть покушение на президента, - просто ответил Вес, - итак, готовится покушение на президента, источники сообщают, что это произойдет на встрече Большой Восьмерки, убийца будет смертник, со взрывчаткой на груди, - он пролистнул несколько страниц своего доклада, который держал в руках, - сообщают, что смертник будет одет в оранжевую паранджу, и должен будет слиться с исламской группой, чтобы подумали потом на них, - он быстро пробежал взглядом по строчкам доклада, - сообщается так же, что будет напарник, который отвлечет внимание выстрелом, а потом прогремит взрыв.
-это задание особой важности, на него нельзя посылать не профессионалов и нельзя посылать большую группу, - подала голос женщина.
-я предлагаю команду «ЛП» послать, - сказал старый мужчина, который до этого упорно молчал и получил поддержку со стороны своего брата-близнеца, который сидел по правую руку от него.
-этих мальчишек?, - сразу появилось несколько недовольных реплик.
-они лучшие в своем деле, они неприметны, они всегда следуют намеченному заданию, но они умеют импровизировать, - сказал брат-близнец.
-Тим, расскажите мне о них, - попросил Вес, усаживаясь в свое кресло.
Вес мало знал о людях, которых отправляли на задания, это была не его работа. Он занимался аналитикой, сбором и обработкой информации, и принимал основные решения.
Встал брат-близнец, которого звали Тим.
-команда «ЛП», состоит из шести человек, им всем по 25 лет, - на экране проектора стали появляться одна за другой фотографии этих молодых людей, - Честер Беннингтон, координатор и лидер команды, он составляет тактические и стратегические планы, - сменили фотографию, - Бред Делсон, сапер и занимается химией, на нем снотворные и транквилизаторы, - сменили фотографию, - Роб Бурдон и Дейв Феникс Фаррелл, они занимают слежением и сбором информации, они составляют в основном силу и прикрытие для отступления, Бурдон также врач, - сменили фотографию, - Джо Хан, на нем оружие, экипировка и техника, необходимая для задания, - сменили фотографию, - Майк Шинода, в основном стрелок, редко выходит на ближний бой.
Вес задумался, разглядывая каждую фотографию, складывалось впечатление, что в его глаза встроены какие-то датчики, с помощью которых он пытается узнать всю правду о них.
-они всегда вместе, с детства. Никогда не знает, при каких обстоятельствах они познакомились, но они готовы убить друг за друга. Ни у одного из них нет семьи. Они преданы делу.
-Шинода этот выглядит очень грозным и холодным, - прокомментировал Вес, всматриваясь в его фотографию дольше, чем в другие.
-он очень странный человек, - ответил Тим, - он холоден и расчетлив, но только с другими, когда он находится с Беннингтоном, то он совершенно другой человек, он становится чутким, чувствительным, мягким, добрым, в общем, совершенно другим.
-почему так?, -задал вопрос толстый мужчина.
-Беннингтон и Шинода являются любовниками,- ответил Тим с непонятной улыбкой на губах.
-любовниками?, - не веря, спросил Вес.
-да, они вместе с детства, они не распространяются на эту тему, - выключая проектор, закончил Тим.
-а где они сейчас?, - поинтересовался Вес, равнодушным тоном.
-они на задании в Китае, там проходит крупная сделка, героин меняют на оружие, они должны перехватить все, и передать на штаб, который там организовали, а потом отправиться сюда, - ответил брат Тима, которого звали Том.
-интересно, - протянул Вес, - если они так хороши, то посылаем их…
* * *
Центральный зоопарк Китая. Сегодня здесь должна пройти встреча курьеров, а они уже должны были вывести группу «ЛП» на самих организаторов встречи. Даны были четкие сведение и описания внешности курьеров, дан четкий план действий, что и когда нужно было сделать, каждый знал свою роль наизусть. Это была не первая их операция, они были профессионалами, и многие это знали. Несмотря на свой довольно маленький возраст они успели заслужить себе почет и статус «пример для подражания». Многим их команду приводили в пример, намекая, ровняться на них. Но только они не старались быть ни на кого похожими, каждый план прорабатывали сами досконально, составляли на каждую операцию по пять планов, на случай, если что-то пойдет не так, как планировалось изначально. Они знали, где достать нужное оборудование, кому заплатить больше, чтобы получить нужную информацию и где надо ударить, чтобы вытянуть нужные сведения. Они всегда могли договорить и расположить к себе людей, если того требовала обстановка. Они могли обольстить или соблазнить любого, если того требовала ситуация.
-всем доложить о готовности, - в пяти наушниках раздался голос Честера.
-я у вольеров с обезьянами, - доложил Шинода.
- готов к выполнению задания, - ответили поочередно остальные.
-расчетное время 15 минут, будьте наготове, - отдал приказ Честер, и все сразу немного расслабились.
-эти дети похожи на обезьян, - сказал Майк, стоя около больших клеток и наблюдая за детьми, которые передразнивали обезьян, только было не понятно, кто из них более человечен в тот момент: дети или обезьяны.
-да тебя самого от обезьяны не отличишь, - ответил насмешливый голос Джо.
-пошел ты, -злобно произнес Майк. Он привык, что Джо постоянно пытается его подколоть или обидеть, часто возникали между ними ссоры, но которые всегда оканчивались примирением.
-по тебе давно плачет зоопарк, - вставил Бред.
-такой ценный кадр пропадает, - добавил Джо, и нагло засмеялся, что все напарники это слышали. Остальные отмалчивались, знали, что лучше не встревать в их перепалку.
-Джо, заткнись, - прервал его Феникс.
-тогда тебя, Джо, надо вообще львам на съедение отдать, - не унимался Майк.
-ха-ха, это ты типа пошутил? Скажи, когда можно будет начинать смеяться, - ловко ответил Джо.
-ну я тебе… - уже ни на шутку вспылил Майк, но его прервал Честер.
-так, заткнулись все, не засоряйте эфир, начинается операция, все быть готовыми через пять минут, - отдал приказ холодным и повелительным голосом Честер.
-Шинода, ты придурок, трахнутый на голову, - закончил Хан.
-только в задницу, - ответил Майк, и несколько голосов засмеялись по рации, - завидуй молча, одноклеточное существо, я пошел.
Закончил Майк и пошел занимать свою позицию, каждый последовал его примеру, только Джо злился несколько секунд, а потом улыбнулся. Как бы они с Майком не ссорились, он все равно его любил, они были все как братья и не умели долго обижаться друг на друга.

Спустя несколько часов.
Майк с Честером лежали в обнимку на кровати в дешевом отеле, в котором им пришлось остановиться на ночь. Их тела остывали после страстного секса, они оба вымотались на этом задании, все не прошло, как планировалось, пришлось действовать по запасному плану, но в результате, они отлично справились со своей работой – они ведь профессионалы. Честер лежал на Майке, придавливая его к кровати, не давая возможности пошевелиться, не давая шанса убежать или выбраться из-под него. Майк смотрел в его глаза, и знал, что этот человек всегда будет рядом с ним, всегда будет защищать и оберегать его, он чувствовал себя защищенным с ним. С Честером Майк был совершенно другим, он становился милым и нежным, но тем не менее страстным, с ним он не был той ледяной глыбой, которую обычно видели все окружающие. С Честером он был собой. Ему нравилось улыбаться для Честера, только для него. Дарить свою улыбку ему и только ему. Майк нежился в его руках, которые оглаживали черты его лица. Ему нравилось быть под Беннингтоном. Ему нравилось все, что связано с Беннингтоном. Майк верил Честеру.
-могу я попросить тебя кое о чем?, - спросил Честер, глядя на Майка серьезным взглядом.
-конечно… - просто ответил Майк, зная, что он выполнит все, что тот попросит.
-пообещай мне, что ты будешь себя беречь, что не повторится того, что было сегодня, - глаза Честера сразу наполнились грустью, его почти черные глаза стали, как две «темных дыры» из космоса, в них была видна любовь и страх за того парня, что лежал под ним.
-я сам не ожидал, что так получится, - попытался оправдаться Майк, вспоминая, как его сегодня чуть ли не убили, как сегодня он чуть ли не отправился на тот свет, он бы давно уже был там, если бы не Честер, успевший вовремя его оттолкнуть во время перестрелки, когда они «накрывали» всю группу, связанную с передачей наркотиков и оружия. Честеру повезло, он был ловкий и быстрый и отделался только продырявленной штаниной в районе ноги, его даже не задела пуля.
-Майк, пообещай, что ты будешь себя беречь ради меня, - вновь попросил Честер, не получив ответа на первую просьбу.
-но, Чес, это наша работа, в нашей работе без риска нельзя, - ответил Майк, уходя от ответа, понимая, что просто глупо при их работе такое обещать.
-Майки, я прошу тебя, пообещай, что ты будешь жить, что ты останешься жив. Если любишь меня, пообещай мне это, - и Майк согласно кивнул, потому что этот аргумент всегда действовал на него безотказно, как и на Честера. Они не бросались не нужными словами о любви, они просто любили друг друга. Действия, взгляды, улыбки, все это говорило лучше них самих, все это было гораздо более эмоционально, чем просто «люблю».
-ты знаешь, что я брошусь под сотни пуль, чтобы спасти тебя, - шепчет Честер, смотря в грустные глаза Майка. Майк сейчас в своей голове это все представляет. Представляет его, Честера, окровавленное тело с множеством ранений, его пустые глаза, которые уже никогда больше не посмотрят на него с той любовью, с которой смотрят сейчас. Майку никогда не нравились такие темы разговора, хотя они и поднимались редко.
-я знаю, - просто отвечает Майк.
Честер знает, что Майк все понял, что Майк постарается ради него.

Через час, вместе с остальными ребятами, сидя в комнате Майка и Честера, парни обсуждали сегодняшнее задание, пытались анализировать промахи и из-за чего все пошло не так. Пытались понять свои ошибки, чтобы не повторить их в будущем.
-куда мы теперь, на базу, Чес?- спросил Феникс, делая глоток пива из алюминиевой банки.
-нет, связалось начальство, переслало новое задание, - Честер достал ноутбук и все стали просматривать данные. Честер делал какие-то пометки и рисунки на листе бумаги, но никто их не понимал. Никто не решался ему мешать и все в молчании наблюдали за ним. Как он отстраненно смотрит на свой листок, сверяется с картой и делает наброски, потом снова взгляд в полученные данные, и новая заметка появляется на его листе. Иногда он проговаривает что-то вслух, но никто не понимает значения слов, морщинка над бровями залегает, а потом снова разглаживается, когда он находит ответ на интересующий его вопрос.
Спустя час расчетов и набросков, введения в общий курс дела парней, Честер объясняет детали выполнения операции.
-в операции замешано двое человек: смертник и отвлекающий, которым будет произведен выстрел. Нам нужно схватить смертника живым, его хотят допросить, подельника можно убрать.
-пули с транквилизаторами?, - спросил Бред.
-да, - подтвердил Честер и развернул свой листок к остальным, что бы они могли видеть схему, нарисованную им самим, схему здания, в котором должно было все это произойти, - значит, Майк со снайперской винтовкой, сидит здесь, - Честер указал на крышу соседнего здания, которое находилось поблизости, -у тебя будет одна пуля, произведешь выстрел в тело, желательно в сердце, он отключится и мы его схватим. Описание смертника ты видел, поэтому, как только прозвучит выстрел отвлекающего, следи за оранжевыми плащами.
-какое расстояние для выстрела?, - серьезным голосом спросил Майк, он снова стал тем холодным и не преступным.
-от 1 до 1,5 километров, тебе это под силу?, – спросил Честер.
-ты во мне сомневаешься?, - надменно спросил Майк, расценив это недоверие, как оскорбление.
-никогда,- ответил Честер и наградил Майка ласковой улыбкой, уголки губ Майка немного поднялись, Честер знал, что это улыбка Майка, что так он улыбается на людях.
-дальше, после выстрела ты идешь к точке сбора, - он перевел взгляд на Хана, - в этот раз ты обеспечиваешь отход.
-хорошо, тогда возьмем машину скорой помощи, это ведь официальное мероприятие и скорая может понадобиться, она не вызовет подозрений, - предложил Хан и Честер утвердительно кивнул, -тогда ты будешь стоять с западной стороны здания Майка, откуда он произведет выстрел, -он посмотрел на Феникса, Бреда и Роба, - Бред с тебя пуля, а потом мы вчетвером рассредоточимся по залу, Феникс и Роб по бокам, а мы с Бредом ближе к оранжевым плащам. После выстрела Майка, мы должны будем его тело быстро отнести в машину и доставить к месту передачи штабу. Феникс, вы с Робом должны будете быстро разобраться с отвлекающим и тело тоже в машину.
-все понятно, - закончил за всех Бред.
-тогда 2 дня на подготовку, - Честер закрыл ноутбук и выпроводит всех из номера, желая остаться только с Майком.
-что тебя заставило усомниться во мне?, - спросил Майк, он не снимал пока маску равнодушия и холодности, хотя это всегда происходило сразу, как только они оказывались наедине, Честер был удивлен.
-ты раньше никогда не стрелял на такие дальние расстояния, - ответил Честер, подходя сзади к Майку и обнимая его за талию, целуя в плечо, которое оголял, снимая с него рубашку.
-я никогда не давал повода усомниться во мне, - холодно ответил Майк и вырвался из объятий Честера, направляясь к выходу и застегивая рубашку, - никогда, - сказал он, бросив на Честера печальный взгляд.
Честер осел на кровать, не понимая, что случилось с Майком, что заставило его так обидеться.

Стук в дверь заставил Хана подняться с кресла, в которое он забрался, чтобы приступить к чистке оружия. Самым главным была снайперская винтовка Майка, она требовала тщательного ухода. Она всегда должна работать исправно, она всегда должна быть готова в любой момент времени. Джо отвечал за оружие и всегда держал его готовым, всегда в идеальном состоянии. Никто не мог его упрекнуть в плохом обращении с оружием. Джо встал с кресла, обходя стол, на котором лежала разобранная снайперская винтовка. Осторожность никогда не была лишней в их деле, и, взяв в руки пистолет, сняв его с предохранителя, он отправился открывать дверь. На пороге стоял Майк. Мрачный и угрюмый. Шинода никогда не отличался особой живостью на людях, но даже сейчас он был мрачнее обычного. Он пригласил его внутрь, и тот уселся в кресло напротив стола, за которым Джо собрался чистить оружие.
-что тебя сюда привело? Я думал вы с Честером, ну сам понимаешь, что делаете…, - сказал Хан, слегка смутившись. Он всегда смущался, когда говорил что-то любовникам на эту тему.
-мне нужна винтовка, я хочу сделать пару выстрелов, - холодно произнес Майк, казалось, он не обратил внимание на высказывание Хана о них с Честером.
-хорошо, только закончу ее чистить, - ответил Джо.
Время прошло быстро, Джо постоянно шутил и рассказывал веселые истории. Хоть они и ссорились часто с Майком, но они любили друг друга, как братья. Они могли долго находиться в компании друг друга, не напрягая обстановку. Джо был полной противоположностью Майка, наверное, это и нравилось им. Они вообще все были очень разные в команде, но в то же время составляли единое целое, несмотря на разнообразие интересов, характеров, мнений.
Постепенно, Майк стал «оттаивать», холодность сменялась улыбкой. Джо знал, что Майк нормальный человек, а эта холодность просто способ защиты от внешнего мира. Лишь способ защиты, который пришлось выработать с детства.
-я пойду с тобой, помогу с установкой целей, - сказал Джо, поднимаясь на ноги и вручая Майку оружие и несколько патронов.
-спасибо, - Майк наградил скромной улыбкой Джо, приминая работу мастера и проверяя все механизмы.

Мишенями стали свиные сердца, которые были по размеру очень похожи на человеческие, которые были подвешены на веревочки, чтобы ветер создал легкий эффект движения. Майк отошел на расстоянии 1 километра, что бы начать с маленького, так сказать, разогреться. Приняв сидячую позу и подперев винтовку коленом, он начал смотреть в прицел, ища свою цель. При выстреле было очень важно дыхание, сосредоточенность, отстраненность, поза.
Майк специально выбрал не самую удобную позу, не зная, как придется сделать выстрел на крыше, удастся ли принять удобное положение. Дыхание было ровным, размеренным. В наушниках играла музыка, хотя музыкой это было сложно назвать, это были скорее звуки. Звуки выстрелов, ветра, сирен, голосов, криков, записано было все, что могло отвлечь от выстрела. Майк старался не замечать этого, он старался вообще не слышать ничего кроме собственного дыхания. Вдох и медленный выдох, осторожный вдох и протяжный выдох, палец на курке, левый глаз закрыт. В наушниках раздается выстрел и через долю секунды, задержав дыхание, Майк нажимает на курок, не сильная отдача в плечо, и через 2 секунды пуля пронзает сердце.
Раздается звонок мобильного, Майк поднимает трубку.
-отличный выстрел, отходи на 1,5 километра, - сказал Джо и отключился.

Майк отлично отстрелялся, все три идеальных выстрела, он даже попробовал отойти на 2 километра, но и этот выстрел ему удался. Очень сложно стрелять на такие дальние расстояния. Важны много факторов: влажность, температура, ветер, пуля летит от 3 до 10 секунд, приходится стрелять по точке, где будет цель к моменту подлета пули, отклонение пули, важны даже эффект Кориолиса и вращение Земли. Но Майк был прирожденным стрелком, он мог стрелять и без специальных расчетов и баллистических таблиц, полагаясь на интуицию и собственный опыт, он ни разу не промахивался. Его пули всегда находили свою цель.
Майк сдал оружие Джо и направился к себе в номер, хотелось спать и прижаться к Честеру, хотелось обнять Честера и вдохнуть его запах. Такой родной и любимый запах, запах лайма и лимона. Майку он всегда нравился.
Тихо войдя внутрь и в темноте, по памяти, стал идти к кровати. Они обладали хорошей памятью, это была их работа и способ выжить, все запоминать. В комнату проникал свет ночи, хотя ночь была безлунная, но что-то удавалось разглядеть. Когда глаза Майка привыкли к темноте, то он увидел на кровати любимое тело, любимую душу, любимого человека, которого он сегодня обидел. Из-за какого-то пустяка, он его оставил. Столько было в их жизни поводов для скандалов и расставаний, но они все это упорно преодолевали вместе, а здесь они чуть ли не поссорились. Майку не понравилось сомнение в голосе Честера, недоверие во взгляде. Честер растянулся на кровати, положив руки под свою подушку, он спал спиной к Майку, татуированная спина была плохо видна при таком темном освещении. Майк помнил, как сам набивал каждую татуировку на теле Честера, помнил, как Честер сказал: «нарисуй, что захочешь, я твой холст, а ты мой художник». Майк рисовал в своем воображении разнообразные картины, таким способом убивая время в ожидании цели, которую он должен был пронзить пулей.
Майк стянул себя одежду, оставаясь только в боксерах, и тихо забирался под одеяло, принося в кровать холод с улицы. Гибкое и сильное тело прижало его к кровати, к сонной артерии был приставлен нож. На него смотрели черные глаза, которые поражали свои ужасом и красотой, такой дерзкий коктейль. Это был его Честер. Честер, который еще не отошел ото сна, и, который приставлял к его горлу нож, который мог сейчас с легкостью его убить, заставляя истекать кровью, который пока реагировал только на уровне инстинктов.
-это я - Майк, - тихо прошептал Майк, смотря в любимые глаза, меняясь на глазах, становясь милым и покладистым.
-Майк?, - Честер медленно просыпался, одной рукой потирая глаза, но, не убирая нож, - Майк, - уже звучит, как констатация факта и он убирает нож от горла Майка, - прости.
Он скатывается с тела Майка и возвращает нож под подушку. Опирается на локоть, и смотрит в глаза своему любимому.
-по-прежнему спишь с оружием под подушкой, - легкая улыбка на губах Майка, - безопасность, - Майк небрежно бросил это слово, словно не веря, что опасность может грозить.
-ради твоей безопасности, - сказал Честер, - мне на себя плевать.
-хорошо,- Майк отвернулся от Честера на другой бок. Ему не хотелось сейчас говорить, ему не хотелось ругаться или спорить с Честером, ему просто хотелось спать. Честер обнял его со спины, прижимая его к своей груди, и прошептал ему в ухо, согревая своим дыханием кожу.
-хорошо отстрелялся?, - спросил Честер.
-да, я доказал, в первую очередь себе, что могу, - холодно прошептал Майк.
-прости, что усомнился в тебе,- нежно целует в плечо.
-уже простил, - отвечает Майк, поворачиваясь к Честеру и смотря в его глаза, изучая его тонкие черты лица, как будто видит его впервые, -я тебе обязан жизнью, - он целует Честера, накрывая его своим телом, но это ненадолго, потому что потом он все равно будет под Честером, потому что только под ним, он может быть беззащитным и слабым.
Долгие прелюдии, как любят оба, долгие поцелуи, затягивающие в водоворот удовольствия, но Честер отстраняется, чтобы сказать:
-не сегодня, тебе надо отдохнуть, - шепчет он, зная как Майк устал, чувствуя слабость его тела, чувствуя и зная, как ноют его руки, после винтовки, зная, что он всегда усложнит себе задачу. Зная, что Майк не скажет о своей слабости и усталости. Честеру не так важен секс, ему важен сам Майк, секс для него всего лишь способ быть ближе физически с Майком, а не смысл жизни. Майк не против провести сегодняшнюю ночь без секса, он действительно слишком устал. Он благодарен Честеру за понимание, он всегда его понимал, - перевернись, - просит Честер.
Майк послушно переворачивается. Он доверяет Честеру, зная, что он ничего не сделает против его воли, против его желания. Честер никогда не принуждал, не настаивал, никогда не требовал от Майка секса, он никогда не требовал от Майка любви. Он никогда не требовал ничего от него. Если Майк отказывался, то Честер не обижался, не дулся и не закатывал скандалов, потому что знал, что в следующий раз Майк вернет все сполна.
У Майка сразу закрываются глаза, когда руки Честера разминают его плечи и спину. Честер целует нежную кожу. Горячая спина Майка так и манит, чтобы ее ласкали. Честер занимается руками Майка, разминая мышцы, которые будут завтра немного болеть, потому что он давно не брал винтовку. Честер слезает с бедер Майка, только когда слышит, как Майк ровно дышит, пухлые губы совсем чуть-чуть приоткрыты, они так и манят, что бы их поцеловать. Честер нежно целует его, Майк потом довольно во сне облизывает губы, Честер прижимает его к себе, прикрывая его своим телом, засыпает под его ровное дыхание.

Два дня парни не покладая рук отрабатывали детали плана. Рассчитывали время на каждое действие, и старались его сократить до минимума. Были рукопашные тренировки. Бред в кротчайшие сроки смог изготовить пулю с транквилизаторами, пробуя состав пули на себе.
Все было готово к операции, Майк отправился на свою стрелковую точку ночью, хотя начало операции было назначено на 15:00. Он должен был привыкнуть к местности, должен был высматривать других снайперов, должен был оценить обстановку в целом. Майку удалось занять лежачую позицию, что значительно облегчило задачу. Всю ночь он лежал, и думал о Честере, о прошлом и о будущем. Ему хотелось бы уйти с этой работы и поселиться с Честером на каком-нибудь песчаном берегу, что бы им никто не посмел мешать. Но, к сожалению, в их работе не подают в отставку, либо тебя убивают на задании, либо потом начальство позаботится о твоем устранении.
Начало операции.
Майк видел всех парней, которые занимали свои места, одевшись в гражданскую одежду, сливаясь с толпой. Майк видел президента, который приветливо улыбался остальным и пожимал руки президентам других стран. Появились оранжевые плащи, их было около 20. Плащи полностью скрывали их лица, оставляя только разрез для глаз. Майк вложил пулю в патронник, щелкнул затвором и был готов к выстрелу. Майк с интересом слушал, как Бред объяснял, что это за пули, что при попадании в сердце они не убьют человека. Оказалось что все довольно просто. Это были его пули собственного изобретения, и он не хотел никому открывать секрет их изготовления. Пули были сделаны, как дротики со снотворным, которые применяли на животных, что бы усыпить особо буйных. Майк был готов к выстрелу.
Ровное дыхание, и взгляд только на плащи, у него будет секунда на выстрел. Потом произойдет взрыв. Только сейчас Майк понял, что в сердце не получится выстрел, его скрывает взрывная установка, он был удивлен, что Честер это не учел, но решил не особо пока заострять на этом внимание.
Ровное дыхание помогало успокоиться. Майк не любил убивать, ему даже понравилось, что в этот раз он не убьет еще одного человека. Он не хотел убивать людей, это не честно стрелять с расстояния, человек даже не подозревает об этом. Но это была его работа, он должен был убивать. Первое убийство давалось всем трудно и Майк помнил, как он перестал быть человеком на какое-то время, перестал есть и спать, перестал обращать внимание на что-либо вокруг. Честер был с ним в это время рядом, понимая, что ему нужна поддержка. А потом Майк, как будто вышел из своего кошмара, с которым он пытался бороться, в котором он пытался убить того зверя, что звал его убивать еще и еще, того зверя, что говорил ему «убей себя».
Ровное дыхание замедляло пульс. Прозвучал выстрел, и Майк спустил курок. Его пуля-дротик точно попала в шею человеку в оранжевом плаще, который снял капюшон и закричал «сдохни».
Майк быстро осмотрел территорию здания. Парни уже тащили два тела к машине, в которой их ждал Джо. Никто и не заметил их. никто не придал им большого значения в том хаосе, что творился сейчас в зале. Разобрав винтовку в считанные секунды, он быстро сложил ее в рюкзак и направился к выходу с крыши, к машине, к точке сбора.

Они ждали на месте встречи со штабом. Все прошло отлично, это можно было назвать самым легким заданием из всех, что у них было. Они встречались на старом мосту, которые был границей двух штатов. Парни разговаривали обо всем и ни о чем конкретно, когда к ним подъехало сразу 3 черных джипа, отрезая путь их машине к отступлению. Из одного вышел мужчина, в официальном костюме, и он смахивал на начальство, что было довольно странно, потому что из штаба присылали только посредников. Парни вышли и поздоровались, мужчина пожал руку каждому и улыбнулся.
-вы отлично справились, - жестом руки он указал своим людям, что бы те забрали из машины тела террористов.
Когда тела террористов были переложены в один из джипов, из машин вылезли 12 человек, наставляя на парней оружие, и, снимая его с предохранителя.
-что происходит?, - не понимающе спросил Джо.
Все были немного взволнованы, только Честер и Майк посмотрели друг на друга холодным взглядом, и потом обвели взглядом всех, кто наставлял на них оружие. Мужчина достал из костюма листок, который был положен в файл и стал зачитывать его.
-команда «ЛП», в составе 6 человек, а конкретно: Честер Беннингтон, Бред Делсон, Джо Хан, Девид Феникс Фаррелл, Роберт Бурдон и Майк Шинода, обвиняетесь в измене Соединенным Штатам Америке и конституции Соединенных Штатов Америки, обвиняетесь в шпионаже с целью получения выгоды, обвиняетесь в передаче информации другим странам, и приговариваетесь к смертной казне, - закончил он читать.
-что?- в один голос спросили ребята.
-какой шпионаж?, - спросил Честер.
-обвинение вынесено, вы едете с нами в управление, - мужчина ушел в джип.
Сопротивляться было бесполезно, одно неверное движение и десяток пуль пронзит их сердца.
-в машину, - сказал один из тех, кто наставлял на них пистолет, показывая, что бы они сели в свою машину скорой помощи, - двое со мной,- сказал он, обращаясь к своим подчиненным.
Они сели в машину, посадив Честера за руль. Трое мужчин с пистолетами сели рядом с парнями. Никто не успел опомниться, как Честер вжал педаль газа в пол, и машина полетела с моста в воду. Полет длился около 5 секунд, а потом сильный удар о воду. Всех подбросило к потолку, всех разбросало по кабинке машины. Машина заполнялась водой, по машине сверху стреляли, она должна была превратиться скоро в решето. Двоим быстро сломали шеи, те даже не успели опомниться или что-либо почувствовать. Третьего решили оставить для допроса, его вырубили, Бред легким движением вколол ему успокоительное. Кабинка машины уже наполовину заполнилась водой, но никто не паниковал. В душе всем было страшно. Было страшно за других, за своих друзей, никто не хотел видеть смерть другого и понимать, что бы ничем не можешь помочь, кроме как облегчить страдания и выстрелить в ему в сердце. Джо быстро раздал по одному на пару маленьких баллонов с кислородом. Их должно было хватить на минут 30, что бы продержаться под водой. Быстро выбираясь из кабины автомобиля и подплывая к балкам моста, держась за них и поочередно вдыхая воздух из баллона с воздухом, они ожидали. Робу и Джо приходилось делить свой баллон с воздухом с последним из тех, кто хотел их убить. Приходилось задерживать воздух до боли в легких, что бы хватило баллона. Они ждали пока те люди уедут. Каждый думал об одном и том же, каждый пытался понять, что они могли сделать такого, что их признали изменниками страны и приговорили к смерти. Каждый пытался вспомнить, что они могли такого натворить, где они могли допустить ошибку. Они даже не пытались подозревать друг друга, потому что смело могли доверить жизнь друг другу.
Спустя 30 минут, когда воздух в баллонах закончился, они начали всплывать на поверхность, вооружившись ножами. На мосту уже никого не было, ограда была сломана, которую протаранил Честер.
Он расположились под мостом, это место никто не мог увидеть с дороги. Мужчина начинал приходить в себя, Бред ему вколол слабую дозу. Как только тот начал открывать глаза, то сразу получил ощутимый удар от Феникса по лицу. Он застонал от боли, но это помогло ему быстрее очухаться от снотворного.
-почему нас хотят убить?, - спросил Честер, опускаясь на колени перед лежащим на земле человеком.
-да пошел ты, - огрызнулся он. Феникс снова нанес удар, тому не удалось увернуться и под глазом уже начало синеть.
-в твоих интересах сказать нам все, -предупредил Честер, говоря мягким голосом.
-я ничего не скажу, можешь меня сразу убить, - он плюнул Честеру под ноги.
-я не хотел прибегать к пыткам, но видимо придется это сделать, - ответил Честер, не обращая внимания на испуганный взгляд мужчины, - предлагаю начать с анальной пытки, - Честер говорил тихо, маняще, успокаивающе, завораживающе, - сначала мы тебя пустим по кругу, уж поверь, если я могу быть нежным, то они, - он указал взглядом на Роба, Феникса и Хана, - они не будут церемониться, они очень грубы. Мы будем насиловать тебя снова и снова, заставляя наслаждаться этим. Мы будем тебя доводить до той точки, когда останется секунда, что бы испытать оргазм, но мы такой возможности не будем давать. И так будет повторяться снова и снова.
-а ты то откуда знаешь, они тебя самого трахали что ли?, - засмеялся он.
Честер положил ему руку на пах и сильно сжал, что тот сразу попытался согнуться пополам. Уйти от этих рук, что приносили ему сейчас боль. Но Феникс надавил мужчине на плечи, заставляя того лежать.
-нет, я был свидетелем этого, поверь, тому парню не поздоровилось, как вспомню его, так мурашки по коже, - Честер усилил давление на пах, и только когда из глаз мужчины потекли слезы, он убрал руку, - дальше мы перейдем к моей любимой части.
-только не эта часть, она слишком жестока, - встрял Хан, глаза которого сразу стали больше обычного и в них был испуг, он сочувственно посмотрел на мужчину, что сейчас лежал в их ногах и потом покачал головой.
-именно эта, - злобно улыбнулся Честер, - мы удушим тебя, пройдет минута, и когда твое сердце полностью остановится, то мы вколем тебе адреналин и сделаем массаж сердца, ты придешь в себя, - Честер улыбался, но от этой улыбки становилось страшно, - мы тебя снова спросим то, что нас интересует, если ты не ответишь, то мы тебя опять задушим, а потом вернем к жизни, эта процедура будет повторяться много раз. После первой у тебя начнет болеть сердце, тебя будет тошнить и кружиться голова, тебя будет укачивать, будто ты на море, потом это все усилится. Примерно после 3 процедуры и у тебя начнет нестерпимо болеть сердце, тебе будет страшно, тебе будет хотеться умереть, у тебя будет ощущение, что ты прыгаешь с парашюта и при этом ты наешь, что он у тебя не раскроется, но ты отчаянно хочешь жить. У тебя начнут лопаться сосуды по всему телу, органы, потому что мы их накачаем одним интересным веществом, пока ты будешь фактически мертв, а примерно после 7 процедуры у тебя начнет разрываться сердце. Клапаны перестанут работать, и к органам не будет поступать кровь, у тебя начнут отмирать конечности, а после 9 процедуры твое сердце разорвется внутри тебя, но это произойдет не сразу, - Честер замолчал, видя, как напуган мужчина. Он был молод, даже моложе их, наверное, только недавно закончил обучение. Он дрожал и на лице выступил пот. Его глаза дрожали, казалось, что он готов расплакаться.
-если я скажу, что со мной будет?, - спросил осторожно он.
-все зависит от тебя, - Честер приблизился ближе к нему, - я тебе дал выбор, - он обратился к Фениксу, - переверни его, - Феникс сделал, как просил Честер, злобно ухмыляясь. Все услышали звук, расстегиваемой ширинки Честера, - я первый его опробую.
Честер разрезал ремень штанов парня и начал их спускать.
-остановись, я все скажу, - сказал он с отчаянием в голосе.

После того, как они узнали все, что им было нужно – они убили этого парня. Это было правильно. Парня бы пытали, возможно, даже хуже, чем расписал ему Честер, если бы его поймали из компании. Они бы постарались узнать все. Даже если бы он сразу сказал им правду, то компания бы все равно не поверила, она может поверить только тогда, когда человек делает последний вдох. Они поступили милосердно убив его, не заставив мучиться. Он не мог и бежать от компании, одному в их мире не выжить. Они не могли и взять его с собой, они ему не доверяли, они могли верить только друг другу. Он мог в любой момент всадить им нож в спину. Они поступили милосердно, пустив ему пулю в сердце. Отправив тело на дно реки, они пытались решить, что делать дальше.
-Чес?, - позвал Феникс и тот посмотрел на него, - что все это значит?
-значит то, что мы не виноваты, нас просто подставили, - сказал Честер и посмотрел на Майка, в его глазах была пропасть, казалось, что они ничего не выражают, но в то же время они затягивали. Тот глубоко вздохнул и сел рядом с ним, взял его за руку и переплел их пальцы, - у них в штабе завелся предатель, который сливает информацию, тем самым ставит их под угрозу, и вот они нашли козлов отпущения, то есть нас, - Честер посмотрел на их с Майком руки. Он переживал за него, что теперь с ними будет, они ведь не смогут вернуться обратно.
-да, нас подставили, но только не понятно, почему именно нас? Ведь мы вроде, как лучшие, - спросил Хан, он наблюдал за Честером и Майком, как те перекидывались взглядами, казалось, они не значительны и ничего не значат, но он понимал, что это не так. Это был своего рода секретный разговор, это было и признание в любви, это было чтение мыслей другого, и сколько в этих взглядах было чувств и эмоций, которые были не плохо скрыты.
-нам надо бежать, - сказал твердо Майк.
-куда?, -все с сомнением посмотрели на него.
-для начала надо остановиться где-то на ночь, а потом свалим на остров какой-нибудь, - коротко заявил он. В его глазах была уверенность.
-а, что? Не плохая идея, деньги есть, яхта есть, устроим себе вечный отпуск, и нам больше никто не будет указывать, что делать, - сказал Роб и его глаза сразу загорелись авантюристским огоньком.
-тогда решено. На ночь предлагаю остановить в японском квартале, там нас не тронут, – сказал Хан, поднимаясь с земли.
-ну конечно, тебя и Майка они, может и не тронут, в вас хоть есть азиатская кровь, а нас они порубят на суши,- усмехнулся Бред.
-суши из рыбы сырой делают, умник, - хлопнув его по плечу, сказал Джо, - не переживай, мой белокожий друг.

Через несколько часов они сидели в маленьком домике, единственном свободном месте, который им выделили в японском квартале. Это и домиком то было сложно назвать. Это была одна комната 10 квадратных метров. Стены сделаны из того же не прочного материала, что и все домики в Японии в бедных кварталах, какой–то легкий картон. В комнате не было ничего, она была абсолютно пустая, им только выдали каждому по лежаку. Правда, домик этот им не сразу достался, они встретились с какой-то китайской мафией, которая требовала денег с японской. Они помогли японцам, а те только тогда отдали им домик. Спать пока не хотелось, и они сели в круг и хотели поговорить, как делали это всегда. Они доверяли друг другу самые страшные тайны, они доверяли свои страхи и свои предпочтения. В их кругу никто не осуждал никого. Они часто садились в круг и беседовали, только с возрастом, разговоры этого круга менялись, они становились жестче, более реальными, раньше они любили рассказывать страшилки друг другу, а теперь их жизнь была одной большой страшилкой, не нужно было ничего придумывать.
-неужели, ты бы правда сделал то, что пообещал сегодня этому парню?,- спросил Бред.
-ты о чем?,- не сразу понял Честер. Он играл с волосами Майка, который полулежал на его коленях. Честеру нравились волосы Майка, такие шелковистые, через них было приятно пропускать пальцы, а Майк в ответ только довольно урчал, совсем как кот, которого ласкал хозяин. Никто не обращал внимание на то, что Честер делает с Майком. Они считали это вполне нормальным, они считали это даже больше, чем нормальным. Столько пар расходилось, столько пар ссорилось, и приносили друг другу только боль, независимо натуралы они или гомосексуалисты. А они просто любили друг другу. Парни знали, что они не посмеют причинить друг другу боль, они слишком давно были вместе, очень давно, они знали друг о друге все самое плохое и не переставали любить. Парни каждый раз поражались, как им удавалось сохранить отношения при их работе. При их работе запрещалось иметь любовь, запрещалось иметь человека, от которого зависела твоя жизнь, иметь человека, который мог поставить под удар успешность работы. Сколько раз они становились свидетелями их маленьких ссор, казалось, что еще чуть-чуть и все, конец отношениям, конец их любви, но каждый раз, Честер или Майк, находили компромисс, меняли свое решение, подстраивались друг под друга, старались понять или признать свою ошибку. Они всегда решали конфликты между собой на начальной стадии, не доходя до крайностей.
-о пытках, которые ты ему пообещал, - уточнил Роб, поняв смысл сказанного Бредом.
-я блефовал, - улыбнулся Честер, и вновь взглянул на Майка, тот был снова его Майком, не тем холодным и не преступным, а его – милым и добрым, - я все же человек, а не пыточный центр. Я бы вколол ему галлюциногенов, заставляя через страхи, поддаться моему влиянию, но не прибегнул к тому, что пообещал. Он человек, а не мясо, которое нам отдали на растерзание. Мне надо было его запугать, чтобы не применять силу.
-ты мастер лжи, - сказал Феникс и послал Честеру улыбку, - никогда бы не подумал, что можно так убедительно врать. Ай, больно ведь, ты поаккуратней мясник-хирург, - сказал он, обращаясь к Робу, который вытаскивал пулю из его предплечья, это были последствия помощи японцам.
-сам ты мясник, - наигранно обижаясь, сказал Роб, - я говорил всегда твоей тупой голове, чтобы ты не совал свою задницу куда не следует. Если тебе не нравится, то можешь сам это сделать.
Когда началась перестрелка между мафиями, то пуля рикошетом попала Фениксу в предплечье. Роб быстро вынул пулю и теперь при свете одинокой свечи, которая служила освещением в этой картонной коробке, накладывал швы. Покончив с ними, он бережно, но в тоже время надежно заматывал рану бинтом.
-не здесь Майк, - тихо прошептал Честер, никто не слышал вопроса, но все услышали ответ и сразу посмотрели на них, - Майк, прекрати.
Хан заметил, как рука Майка забралась Честеру под кофту и как он гладит мышцы его живота. Джо понял, что хотел Майк, и его это заставило улыбнуться.
-Честер, что за дела?, - Честер немного удивленно посмотрел на Джо, не понимая его возмущения, - почему у тебя любовник ходит не удовлетворенный? Ты хочешь, чтобы у него начался спермотоксикоз?, - после таких слов все начали смеяться, в том числе и Майк. Он слишком сильно любил Джо и был благодарен ему за понимание, что бы обижаться на такие слова.
-извините, Мистер Великий Ум, - обращаясь к Джо, - но как ты себе представляешь, чтобы я его удовлетворил здесь?, - спросил Честер с улыбкой.
Хан осмотрел комнату и сказал:
-комната большая, мы отвернемся, - игриво улыбнулся Джо, - ведь так парни, дадим им заняться любовью?
Ребята переглянулись, и Бред ответил за остальных, провозглашая общее мнение.
-мы не против, тем более кто знает, сколько нам еще жить осталось, - грустно сказал он, и, пересаживаясь на другой конец комнаты спиной к остальным, повернувшись сказал, - пусть насладятся друг другом, пока есть такая возможность.
-а…, - начал Честер, он был шокирован таким предложением ребят. Он никогда не знал, что они смогут так сделать.
-не переживай, мы не будем подглядывать, мы в покер поиграем, - заявил Феникс и достал из кармана колоду карт, запакованную в пластик, - всегда с собой.
Он присоединился к Бреду.
-но…,- снова попытался сказать Честер, мимолетно взглянув на довольно улыбающегося Майка.
-не переживай ты так, мы вас почти каждую ночь слышим, - сказал Роб, - вы не особо тихие, - он отправился к остальным, - но звучит это очень соблазнительно.
-Джо, это все шутка?, - задал вопрос Честер, заглядывая в черные глаза, пытаясь уловить там искры, которые всегда появлялись, когда он шутил или издевался над кем-то, но в этот раз их не было.
-мы же друзья, Чес, и все понимаем, - Хан ласково потрепал Майка по голове, совсем, как ребенка, -держите, - Джо кинул им лежаки, понимая, что так им будет гораздо удобнее. Он занял место с остальными, и они начали о чем-то разговаривать, играя в карты.
Они были друзья, и что не сделаешь ради друзей, ради любимых друзей. Они готовы были отдать друг за друга жизнь, то почему бы не разрешить им такую мелочь, как секс?

Парни, как и обещали ни разу не посмотрели на них. Но стоны, которые те усердно пытались снизить до минимума, они слышали хорошо. Они даже в какой-то степени завидовали им. Каждый хотел, чтобы их партнер в постели, которых они находили или просто снимали, отдавались с такой же страстью, с такими же стонами, отдавались так же друг другу, как они. В их стонах было столько любви и удовольствия, самоотдачи и наслаждения, которое они доставляли друг другу.
Через несколько часов, все уснули, кроме часовых, которыми оказались Джо и Майк. Они не могли полностью считать себя в безопасности. Один человек мог всегда уснуть на посту, а так двоим не скучно, и один контролирует другого. Они сидели, прислонившись к стене, а ребята спали около них, становилось холодно и они тесно прижимались друг к другу, стараясь хоть немного согреться. Честер положил голову на колени Майку, и обнимал его ноги на манер подушки. Майка грели тела Честера и Джо, который сидел с другого бока, а Джо грел Майка и Роб и так далее. Им не впервой было так спать.
-могу я спросить?, - осторожно начал Джо, после часа молчания.
-с каких пор ты стал спрашивать разрешения, прежде, чем что-то спросить?, - усмехнулся Майк, - и спасибо тебе большое за сегодня, -Майк легко толкнул Джо в бок, от чего Честер недовольно застонал во сне и сильнее только прижался к ногам Майка, изо рта от холода шел пар.
-ты для него - все, - просто сказал Джо, кивком головы указывая на Честера, который пытался согреться.
-я знаю, - Майку было самому не особо тепло, но он снял с себя куртку, оставаясь в белой рубашке, и накрыл ею Честера.
Хану нравились их проявления любви, столько нежности и преданности было в их жестах. Они были готовы отдать друг другу последнее, как Майк сейчас отдал куртку Честеру, рискую замерзнуть. Джо обнял Майка одной рукой, чтобы тот окончательно не замерз. Майк улыбнулся.
-так что ты хотел спросить?,- задал вопрос Майк.
-почему ты в постели всегда был пассивом? Ты ведь намного сильнее Честера, - спросил Джо, немного смущаясь.
-я не понимаю вопроса, - ответил Майк, хмуря брови.
-ну, почему ты, как говорится, всегда снизу и он в тебе, - Джо покраснел еще больше.
-ты имеешь в виду почему он меня трахает, а не я его, потому что сильнее его физически?,- спросил Майк с улыбкой на губах.
-да, просто не знал, как правильно сказать, чтобы не обидеть никого, - ответил скромно Джо.
-все просто. Он гораздо сильнее меня в эмоциональном и моральном плане, - Майк посмотрел на Честера, в глазах Майка было только обожание и море нежности, - с ним я становлюсь совершенно другим. С ним я не хочу быть грубым и холодным, с ним я не могу им быть. С ним я могу расслабиться и почувствовать себя слабым и беззащитным, с ним мне хорошо. С ним я не хочу доминировать. И потом, для меня неважно во мне он или я в нем, главное, чтобы он был рядом. И это очень приятно, - ответил Майк на вопрос Джо, а тот сидел, задумавшись, пытаясь усвоить суть сказанного.
-знаешь, сегодня безумно хотелось посмотреть, хотя бы один глазком, как вы занимаетесь любовью, - Майк сразу не поверил услышанному, -не пойми меня не правильно, Майки, просто хотелось увидеть ту страсть и любовь, ту нежность и пылкость, что так отчетливо слышались в ваших стонах.
-но почему?, - не понял Майк.
-потому что нам никогда не было так хорошо с кем-то в постели, - коротко ответил Джо.
Они обсуждали, что будут делать, когда выберутся из всего этого дерьма, как они будут отдыхать целыми днями, ничего не делать, только жить в свое удовольствие. Каждый день нежиться на пляже, купаться в море, погружаться под воду.
-у тебя есть сигареты?, - спросил Майк, на что Хан удивленно на него посмотрел, потому что Майк редко курил, даже можно сказать чрезвычайно редко.
-нет, но Феникс с собой всегда все таскает, - Хан осторожно, с тонкостью карманного вора, чтобы не потревожить спящего Феникса, обыскал его карманы и вытащил одну сигарету и зажигалку, на которой был изображен огненный феникс.
Майк в знак благодарности кивнул, и попытался аккуратно снять со своих колен Честера, тот начал недовольно ворчать во сне. Через некоторое время ему удалось избавиться от объятий Честера, а Джо все это время с улыбкой наблюдал за ними. Майк тихо открыл раздвижную дверь и вышел на улицу. На улице было почти так же холодно, как и в их «коробке», в которой они сейчас спали. Он редко курил, практически никогда. Он курил тогда, когда ему хотелось ненадолго, ровно на столько, что бы хватило выкурить сигарету, погрузится в свой собственный внутренний мир, что бы вспомнить все плохое и хорошее, что бы потом жить дальше. Он и сам не знал, зачем он это делает, но иногда ему это было просто необходимо. Он зажал губами сигарету, открыл зажигалку и нажал на маленькое колесико, ему это сразу напомнило нажатие на курок. Он подносил огонек к сигарете, что была зажата его губами. Как ощутил боль, похожую на укус комара. Его сознание начало медленно терять связь с реальностью, все становилось мутно, он погружался в сон. Несколько сильных рук подхватили его, и вместе с тем зажженную зажигалку. Ее огонек быстро убегал вдаль от него, приземлился на крыше из «коробки» и она вспыхнула. Майк это видел из полуприкрытых век, он не мог сказать ничего, он не мог пошевелить даже пальцем, чтобы помочь своим друзьям, они все остались в доме и сгорали заживо. Все его тело парализовал наркотик.
Дом сгорал быстро. Через пару минут стали сбегаться люди, но тех, кто усыпил Майка уже не было, как не было и самого Майка.

0

2

Продолжение
13 лет назад. (Майку и Честеру 12 лет)
Майк Шинода – неудачник в школе, которого все презирают и ненавидят. Такой умный, такой милый, такой вежливый, такой талантливый во всем, хорошо учится. Всех это бесило, чем он лучше других? Да ничем. Хотя, может он и гораздо лучше, на фоне этого школьного дерьма.
Сегодня Майк прогулял – его заперли в туалете, те кому он не приятен. За что? А просто так, ради шутки, ради того, что бы посмеяться над слабым. Он никогда не понимал, откуда в людях столько жестокости, столько ненависти к кому, кто хоть как-то отличается от общей массы. Родителей вызвали в школу. Все прогуливали неоднократно уроки, и им за это ничего не было, но родителей Майка вызвали за один прогул. В чем справедливость? Он боялся идти домой, он боялся там появляться, он боялся, что отчим его убьет за прогул, а еще и за такой позор, как вызов в школу. Он не мог и не сказать, что их вызвали школу. Майк сидел один на скамейке, которая стояла на территории школы, все его обходили стороной, как прокаженного.
-будешь?, - чья-то рука ему протягивала пачку с сигаретами, Майк взглядом поднялся вверх по этой тонкой руке, нежной шее, чуть тонким губам и посмотрел в глаза этому человеку. Темно-карий цвет глаз манил в свои объятия. Это был Честер Беннингтон - Гроза всей школы. Хотя странно, почему его таким считали. Они не затевал драки, он никому не делал плохо, он не вытворял всякие шалости, он не издевался над преподавателями. Но его все боялись, никто не понимал причину этого страха. Это было на подсознательном уровне, как инстинкт самосохранения. Этот человек внушал страх. В его походке, в его взгляде, в его голосе чувствовалась сила и достоинство. Его боялись, но в тоже время и восхищались. Все взоры сразу обратились в их сторону, никто не понимал, что такой, как Честер забыл рядом с отбросами по имени Шинода. Майк отрицательно покачал головой, отказываясь от предложенной сигареты.
-я бы на твоем месте здесь не сидел, а то твой авторитет и социальный статус упадет ниже плинтуса, оттого, что ты сидишь с отбросом общества, об которого противно марать руки, но ноги вытирать приятно, - сказал Майк, смотря на Честера.
-мне плевать на этих идиотов, это они отбросы общества, а не ты, - сказал он. Потом не сильно толкнул Майка в бок, заставляя обратить на себя внимание и взглядом указывая на людей, что смотрели на них, как на животных, жертву и хищника, которых посадили в одну клетку и только ждали, когда хищник сделает свое дело – набросится на жертву, - они такие жалкие, серая масса, ничего не представляющие из себя люди, на них жалко смотреть. Даже не думай о них. Почему ты здесь один?,- спросил Честер, пытаясь привлечь внимание Майка и вывести его на разговор.
-меня сегодня заперли в туалете, и я опоздал на урок, вследствие чего вызвали родителей, -обреченно сказал Майк.
-объясни им все, как было на самом деле, родители поймут, - ободряюще сказал Честер, убирая пачку сигарет, так и не выкурив ни одной.
-меня отчим убьет, - сказал Майк, упираясь локтями на колени и закрывая лицо руками, - в этом мире меня все ненавидят: пьяница мать, пьяница отчим, школа, люди, весь мир. Почему я такой?
-я тебя не ненавижу, - сказал Честер и обнял Майка за плечи, - не обращай внимание на этих моральных уродов, твоего внимания, Майк, они не заслуживают. Они не заслуживают, чтобы ты даже на них смотрел. Не переживай, у тебя все наладится.
Он наградил Майка обворожительной улыбкой и ушел. Только после того, как он скрылся из поля зрения, народ стал оживленно двигаться, который до этого стоял, как парализованный и смотрел на эту сцену.

На следующий день.
Майк Шинода – неудачник школы сидел все на той же скамейке, что и вчера. С ним по-прежнему никто не общался, да и кому он был нужен? Честеру? Наверное, вчера просто все боги, которые могут быть на этом свете, сжалились, и послали ему спасение в виде Честера. Но это было вчера, сегодня уже новый день и все по-другому. Сегодня он был таким же никчемным, как и вчера до встречи с Честером, как и позавчера, как и год назад, как и будет всегда.
-будешь?, - снова этот властный голос, с нотками нежности. Снова предложенные сигареты, но Майку слишком плохо, что бы отказываться от них. Он кивает в знак согласия и берет одну, Честер подносит зажигалку к своей сигарете, прикуривая ее, а потом к сигарете Майка. Первая затяжка и кашель пробивают Майка. Он раньше никогда не курил, он раньше об этом бы и не подумал, он слишком хороший.
-первый раз?, - спрашивает Честер. Майк кивает, говоря «да», - со второй будет легче.
И Честер прав, после второй затяжки курится гораздо лучше. Это сильно успокаивало. Майк медленно втягивал дым, чувствовал, будто дым обволакивает все его тело, а потом выпускал его, чувствуя некоторое облегчение. Майк пытался за одну сигарету прокрутить в голове все счастливые моменты своей жизни, он отчаянно пытался вспомнить, но ни один момент не приходил на ум. Только пьяный отчим и всегда в отключке мать, под действием алкоголя, всегда нет еды, всегда холодно в комнате, всегда холодно на душе. Он устал от этого, он устал от своей жизни. Честер не мешал ему курить, поминая, что тот где-то глубоко в своих мыслях, там куда он не забирался никогда до этого, по крайней мере на людях. Честер постоянно за ним наблюдал, он всегда был готов вступиться за него, но ребята настигали его тогда, когда не видел Честер, он не мог никогда ему помочь. Он наблюдал за этим печальным парнем, с добрыми глазами, который практически никогда не улыбался. Только один раз, Честер стал свидетелем этого зрелища, когда тот выходил из кабинета директора, а на следующий день стало известно, что Майк Шинода победитель выставки художеств. Честер тогда подумал, что отдал бы все, что у него есть, лишь бы видеть эту улыбку.
Его сигарета и сигарета Майка кончились, истлели под действием затяжек. Окурки описали плавную дугу и оказались в мусорном баке.
-еще?,- спросил Честер, протягивая пачку, но Майк отказался.
-спасибо тебе, - сказал Майк. Пока они курили, Майк сидел в профиль к Честеру, он не смотрел ему еще в глаза сегодня, он еще не затягивался этим омутом. Но сейчас у него в уголках губ появилось некое подобие улыбки в благодарность.
Честер заметил что-то на лице Майка и быстро сел на колени перед ним, Майк попытался отвернуться, не желая показывать вторую половину лица.
-Майки, посмотри на меня, пожалуйста, -Майк обреченно вздохнул, понимая, что не может противиться этому человеку. Он посмотрел ему в глаза, Честер аккуратно дотронулся до его лица, поворачивая его, чтобы лучше видеть синяки и ссадины, которые находились на правой половине лица. Он оглядел дальше Майка, на руках тоже были ссадины и синяки, - что случилось?
-Честер…, - жалобно протянул Майк, пытаясь уйти от ответа.
-скажи, что случилось?,- он уперся рукой ему в грудь, чтобы остановить его, потому что Майк хотел встать, но тот глухо застонал и скривился от боли, падая обратно на лавку. Честер осторожно задрал футболку на Майке, тот не противился, отдаваясь во власть этого странного парня, которого все боялись. На теле было множество синяков. В том месте на груди, куда нажал Честер, что бы вернуть обратно Майка на место, была почти черная кожа. Честер коснулся этого места рукой, проводя по нему пальцами и всей ладонью. Кожа, что была этим черным синяком, была холодная. По размеру она подходила под кулак взрослого человека,- кто это сделал?
-отчим, - сказал Майк и посмотрел в пол. Честер опустил футболку Майка, поправляя ее,- он разозлился за вчерашнее, и за другие вещи. Сказал, что я его расстроил, что я это заслужил,- Майк привык к побоям, и что он мог сделать, против этого амбала? Майк уже даже не плакал, когда огромные кулаки касались его тела. Он научился терпеть.
Майк не видел, как глаза Честера полыхнули хищным огнем, он был похож на психа. В его глазах плескались только злоба, гнев, ненависть и ярость. Но когда Майк посмотрел ему в глаза, Честер сразу поменялся, стал тем же добрым парнем, каким и был несколько минут назад.
-Майк, а ты можешь мне дать тетрадь по математике за ту неделю?, - спросил Честер, уходя от прошлой темы.
-да, конечно, ты же болел, - Майк улыбнулся. Он не любил говорить о своей семье. Хотя с кем ему было говорить? Его же все ненавидят. Он изгой жизни, - зайдем тогда ко мне после уроков.

0

3

Прдолжение:
Вечером.
Майк оттягивал время, что бы идти домой. Он боялся показать Честеру его жизнь, он боялся отчима. Хотя, это уже был, наверное, не страх. А просто привычка, отчим так и так его побьет, при любом раскладе. Зачем бояться, если от этого нет толка? Честер видел, что Майк расстроен и угнетен, что он специально идет длинной дорогой, почти в 3 раза длиннее, чем его обычный маршрут. Честер понимал, что Майк боится своего дома и боится показать его Честеру. Но он и не торопил Майка, понимая, как тому сложно. Они ели мороженое по пути домой, которое купил им Честер. Майк был благодарен ему, благодарен за ту заботу, что он проявлял к нему. Он впервые чувствовал себя не настолько ничтожным человеком.
Они дошли до маленького домика. Одноэтажный домик, как и все в этом районе, запущенный сад с завядшими цветами. Майк открыл дверь ключом, при этом несколько раз промахиваясь мимо замка, тихо ругаясь себе под нос и пытаясь унять дрожь в руках. Он зашел внутрь первый, наверное, хотел проверить обстановку и потом впустил Честера. В доме стоял отвратный запах перегара и курева, ужасный холод исходил из дома, казалось, что на улице гораздо теплее. Майк пошел в свою комнату за тетрадью и минуты через две вернулся, неся ее в руках, Честер уже открыл рот, что бы поблагодарить его.
-решил домой прийти, малолетний ублюдок, - его отчим был очень крупным человеком, плотного телосложения, противные маленькие глазки бегали от Честера к Майку, - ты, подонок, кого притащил сюда?
После этих слов Майк отлетел в стену, от сильного удара отчима, разбивая зеркало, что стояло около нее. Честер даже не заметил этого удара, как все произошло быстро. Майк опирался руками в пол, который был усеян осколками, пытаясь встать и удержать вес своего маленького тела. Глаза Честера перестали быть человеческими, это были глаза зверя в момент охоты, в мгновение перед прыжком на добычу. Это были глаза безумца, доказывающего свою правоту. Это были глаза маньяка, который шел за своей жертвой. В одно мгновение он оказался около отчима и удачно увернулся от увесистой руки, сильным ударом в пах, он заставил отчима скривиться от боли и опуститься на колени, Честер оказывается позади него, держа за волосы, еще мгновение и в сонную артерию упирает лезвие ножа, который всегда с собой носил Честер. Он не помнил откуда взял этот нож, но он не однократно его выручал, казалось, что он родился с этим ножом. Слегка надавливая на нож, Честер увидел, как тонкая струйка крови течет по шее этого мерзавца.
-слушай меня, мразь, если ты еще раз с ним заговоришь, если ты еще раз к нему прикоснешься, если ты посмеешь посмотреть в его сторону, появится ближе, чем на 100 метров, то я обещаю, что убью тебя, обещаю, что заставлю мучиться до последней минуты твоей жизни, обещаю, что заставлю тебя умирать, истекая кровью, за то что ты сделал с ним, - он сделал маленький надрез на шее, показывая серьезность своих слов, - за то, что ты с ним сделал, ты не заслуживаешь жизни. Если ты не выполнишь то, что я тебе сказал, то поверь, рука у меня не дрогнет, и я выполню свое обещание. Тебе все ясно?
-Да, - сквозь зубы прошипел отчим, и Честер оглушил его рукояткой ножа. Пусть нож был среднего размера, но Честер знал, куда надо бить, что бы вырубить даже такую тушу.
Честер подбежал к Майку, который по-прежнему пытался встать, но на полу, залитом уже его кровью, руки постоянно разъезжались. Честер помог ему встать, поддерживая его, боясь, что у того может быть сотрясение. Проверив его состояние по начальным признакам, он облегченно вздохнул, когда понял, что сотрясения нет.
-ты хочешь пойти со мной? Я обещаю о тебе заботится, - сказал Честер, вынимая осколки из руки Майка.
-да,- не медля, ответил Майк, он хотел пойти с Честером, он был готов пойти за ним на край света.
-тогда пошли собирать все самое необходимое, - заключил Честер, отрывая кусок ткани от своей футболки, потому что она казалась единственным чистым в этом доме, и завязал Майку руку.

0

4

Продолжение
Настоящее время.
Майк медленно приходил в себя. Ему еще никогда не было так хреново от снотворных. Бред часто на нем пробовал новые составы, Бред на всех пробовал новые составы. Но сейчас было хуже всего. Руки затекли, нет, все тело затекло от неудобного положения. Майк попытался медленно открыть глаза, боясь резкого света. Но такого не было, такой не пробился в его глаза, сквозь веки. В комнате, которой он находился, было темно, но темнота была напускная. Ее создавали жалюзи, и темная отделка комнаты. Было трудно сказать утро сейчас, день или вечер. Он попытался пошевелить руками, но в руки врезалось что-то болезненное. Он осмотрелся и увидел себя прикованным к странной конструкции, хотя эта конструкцией было назвать сложно, она была предельно проста. К кольцам, что находились в потолке, крепились веревки, а они к рукам Майка. Майк медленно встал из полувисячего положения, потому что боль в руках уже была нестерпимой. Первая мысль, осознанная и связанная, которая пришла ему в голову, это была мысль о Честере. Он попытался вспомнить, что тогда случилось, но помнил только огонь. Несколько раз, дернув путы, что сковывали его руки, он убедился в их крепости. Руки были привязаны, и ему не удастся выбраться. В комнате резко включился свет, и ему пришлось зажмуриться с непривычки.
-вижу, ты пришел в себя, - легкая усмешка в голосе, и руки человека опускаются на талию Майка, прижимая его тело к еще не эрегированному члену.
-кто ты?, - голос Майка холоден, он решил играть пока по правилам незнакомца. Он не поворачивался и стоял спокойно.
-ты меня знаешь, хорошо знаешь,- он провел рукой под белой рубашкой Майка.
-тогда где мои друзья?, - снова задал вопрос Майк.
-твои друзья мертвы, они сгорели заживо, - Майк дернулся в его руках от этих слов, незнакомец обошел его и теперь смотрел ему в глаза, - они сгорели, Майк, их больше нет в живых.
На Майка смотрели карие глаза мужчины. Он был красив, приятной внешности, он был больше Майка по комплекции тела, в силу возраста. Он выглядел лет на 35.
-ты - Вес Борланд – один из тех, кто посылает нас умирать, в то время как сам просиживает штаны в штабе, - сказал Майк спокойно, холодно, без каких-либо чувств. Он не боялся его. Он понял еще с детства, что боятся чего-то глупо, если человек хочет причинить тебе вред, то он сделает это, несмотря на твой страх,- вы обвинили нас в предательстве и приговорили к смертной казни, при этом мы не виновны.
-да, ты прав, но хочешь знать, как все было на самом деле?, - Вес посмотрел на него, и, не встретив никакой реакции со стороны Майка, продолжил, - когда мы выбирали тех, кто должен обезвредить террориста, который покушался на жизнь президента, то уже тогда все знали, что в нашей организации завелся предатель. Мне было все равно кого посылать на это задание, такие как вы – это просто мясо, мясо на убой, в расход. Мне предложили вас, вашу команду. Мне начали рассказывать о вас, и когда показали твою фотографию, то я решил, что любой ценой ты будешь моим. А когда мне сказали, что вы любовники с Беннингтоном, то в эту же секунду я все для себя решил. Я – предатель компании, я сливал информацию и сдавал все самые важные операции. Но я переложил вину на вас, да и кому больше поверят штабному работнику, или вам? Но вы ушлые, смогли убежать. А все могло быть так просто, твоих друзей бы расстреляли, а ты бы остался жив и был бы моим. Мы быстро нашли вас, хотя вы и заметали следы. Но, к вашему сожалению, в японском клане, есть один наш знакомый и он нам доложил о вашем приходе. А дальше ты все знаешь.
-почему ты стал предателем?, - спросил Майк, вглядываясь в его глаза.
-я не стал, я был предателем с той самой минуты, как переступил порог организации, - он обходил Майка кругами, будто осматривая его и хищно улыбаясь, - деньги всему причиной.
-зачем ты мне все это рассказал?
-а почему бы и нет? Ты теперь мой, ты мой раб, ты моя подстилка, ты моя собственность, ты тот, кем я буду обладать, как захочу и когда захочу, ты тот, на ком я буду вымещать всю свою злость и все свои садистские наклонности.
-ты псих, как тебя взяли в управление?. – спросил Майка.
-уметь надо, - Майк чувствовал спиной, как тот улыбается, - я думаю, для начала мы тебя немного усмирим, а то думаю, ты буйный. И еще одно замечание, можешь не пытаться вырваться, снаружи полно охраны, и твой любовничек тебя не спасет, потому что он мертв, - руки Майка подтянули за веревки, он теперь висел в нескольких сантиметрах над землей.
С этими словами на Майка обрушился весь ужас происходящего и удар плетью о спину. На белой рубашке сразу образовалась дыра от плети, и на спине появился кровавый след. Еще удар и вскрик Майка сквозь зубы и новая кровавая полоса украсила его спину, из них медленно вытекали капельки крови, пропитывая белую рубашку.
Удары сыпались один за другим. Майк не мог унять боль, которая разрыва сердце, что его Честера больше нет. Что он не придет в этот ад, и не спасет его. Майк сразу ощутил себя тем же ничтожеством, что и много лет назад, до встречи с Честером. Тогда Честер спас его, но не сейчас. Ничто не повторяется дважды. Его больше нет. Майк хотел оказаться в том доме и сгореть вместе с ним, но никак не мучится в этом мире без него. Майк был никто без Честера, и он это знал, Честер давал Майку повод жить.
Майк пытался представить, что это Честер, что это просто эротическая игра, но он не смог, он ругал себя за мысль, что мог так подумать о Честере. Он бы никогда не посмел Майку причинить боль.
После 10 удара Майк перестал издавать какие-либо звуки, он не плакал и не просил прекратить, он просто отдался этой боли, не в силах ничего сделать. После 20 удара, он уже висел на веревках, как тряпичная кукла, без сил, без воли, без чувств. После 25 удара он устал считать, и отдался во власть боли, позволяя сознанию отключаться.
Когда Весу надоело избивать Майка, то он отпустил веревки, и тело Майка упало на пол. Он дышал рвано, немного подрагивало тело, казалось, будто он просто спит и ему снится что-то не приятное. Он отнес его тело на кровать, которую специально установили в этом помещении. Разорвав на нем пропитавшуюся кровью рубашку до конца и откинув ее в сторону, он стал снимать с Майка остальную одежду. Проводя руками по его телу, сжимая в руках кожу, вдыхая запах тела Майка.
Вес все предусмотрел, он знал, что будет делать с телом Майка, он знал, что будет делать со своей игрушкой. Надев на него новые веревки, которые уже были закреплены на кровати, положив его на живот и сев рядом с ним, он достал из прикроватного ящика специальный раствор, который обычно брали на опасные задания, он способствовал быстрому заживлению ран, но при этом очень щипал. Раны начинали заживать уже через неделю, а не месяц, как при обычных мазях и лекарствах. Майк был по-прежнему без сознания от боли. Вес знал, что то, что он сейчас собирается сделать может вызвать у Майка болевой шок и его сердце может остановиться, но он не мог удержаться, чтобы не услышать его криков. Вес вылил все содержимое Майку на спину, отчего тот сразу пришел в себя, и закричал от боли, что пронизывала его тело. Казалось, что внутрь его тела вливают раскаленную ртуть, что она все сжигает внутри и опаляет. Все его тело сразу напряглось, на несколько секунд, а потом снова безвольно повалился на кровать, тяжело дыша, и, пытаясь, справиться с болью.
Майк тяжело дышал, утыкаясь себе в руку лицом. Он попытался пошевелиться, но сильные руки Веса его поставили в колено-локтевую позу, и без какой либо подготовки, без какого либо намека на осторожность вошел в него. Майк издал стон боли, было больно, очень больно, но сил кричать не было. Он имел его очень грубо, безумно жестоко, все болело. Майк не знал, как долго это длилось, но у него порядком затекло все тело. Что скрывать, ужасно болела задница, сердце пропускало удары, все тело было в объятиях боли. Вес кончил уже 2 раза, кончая Майку на спину, а потом, размазывая свое семя по телу Майка, что бы тот пропитался его запахом, чтобы показать, что теперь Майк принадлежит ему. Третий раз он излился внутри Майка. Вдавливая его своим телом потом в кровать, Майку было тяжело дышать от веса его тела. Когда Вес отсел в сторону, вытирая член о ягодицы Майка, и любуясь синяками, которые сам оставил. Вес закурил, выпуская струйки дыма в лицо Майку, который иногда кашлял, когда вовремя не успевал задержать дыхание. Вес порылся в тумбочке и достал оттуда ошейник, самый настоящий собачий ошейник, надев его на шею Майка, нарочно затягивая сначала слишком сильно, наслаждаясь тем, как Майк двигается в сторону его руки, что бы глотнуть воздуха, а потом ослабляя хватку.
-ты мой, и не забывай об этом, - сказал Вес, отстегивая руки Майка, грубо беря его за руку и отталкивая в сторону стены. Там находилось несколько колец, совсем как на потолке, к которому не так давно он был привязан.
Вес пристегнул к его ошейнику цепь, которой обычно пристегивали собак к конуре, теперь он ничем не отличался от побитой собаки, такой же потухший взгляд, такое же пустое лицо. Руки и ноги он заковал в кандалы, очень напоминающие те, что использовались много веков назад, а ключ он повесил себе на шею.
Несколько ударов ногами по телу Майка, тот только закрывает лицо, сжимаясь в комок и максимально пытаясь, напрячь мышцы, как их учили, чтобы снизить боль. Но боль только сильнее от того, что натягивает кожа на спине и старые раны, которые были получены часом раньше, или около того, снова начинают кровоточить.

0

5

Продолжение:
Майк не знал, сколько проходило времени между тем, когда Вес трахал его, бил или по-другому унижал. Майк перестал считать, он не мог точно сказать, сколько прошло времени, жалюзи не пропускали свет и постоянный полумрак угнетал, свет был только от лампы. Он знал точно, что прошло уже несколько дней, но может и больше, может, прошла и вся неделя или месяц.
Вес каждый день наносил новые побои, поливая их потом заживляющим раствором, а потом снова он бил. Он бил куда угодно, но только не трогал лицо, ему оно слишком нравилось, слишком нравились эти глаза, которые ничего не выражали кроме боли во время секса, но когда Вес упоминал имя Честера, к боли в глазах примешивалась любовь и отчаяние. Ему нравилось так дразнить Майка, ему нравилось упоминать смерть Честера, упоминать, как он сгорал заживо, не имея шансов выбраться, и видеть, как Майк сжимает кулаки и кусает губы, что бы унять боль.
Майк за все это время забыл, что такое одежда, он был постоянно голый, даже во время обеда, в душ его водили под присмотром нескольких охранников, которые жадным и жалостливом взглядом оглядывали тело Майка, когда тот стоял под холодными струями воды, немного облегчая боль, а потом, сжимая зубы, пытался оттереться от засохшей спермы на своем теле. Подставляя лицо холодным каплям, он вспоминал лицо Честера. Майку было уже все равно, смотрят на него или нет, он был и так унижен, куда же больше? Он понимал, что остаток своей жизни проведет в руках этого садиста, что он слишком слаб, чтобы выбраться, и зачем? Зачем ему нужна жизнь, если в ней нет Честера? Если бы он знал, что Честер жив, что Честер когда-нибудь придет, то он был бы готов терпеть. Терпеть избиение столько, сколько потребуется. Один охранник попытался дотронуться до Майка. Майк не понимал зачем, да ему было все равно. В тот момент вошел Вес и отрезал этому охраннику несколько пальцев на левой руке, а потом, прижимая Майка к стене, и грубо имея его, этим он показывал всем, находящимся в душевой, что он принадлежит ему.
Вес разрывал его сфинктер, каждый раз входя в него, снова и снова. Каждый раз он заново повреждал нежную кожу, каждый раз принося новую боль.
Вес всегда водил Майка по дому на поводке, как собаку, благо, не заставляя ползать на четвереньках. На кухне Майка сидел около его ног и ел то, что ему давали. Кормили надо сказать исправно. Вода и хлеб всегда были, а больше практически и не требовалось, им приходилось и меньшим довольствоваться, во время сложных операций, не имея доступа к источникам пищи.
Майк голый, униженный и побитый сидел рядом с хозяином и ей свой скромный паек. Вес часто имел и бил его на глазах других, заставляя его кричать от боли. А своих подчиненных смотреть на это, некоторые отворачивались, когда смотрели в глаза Майка, которые были абсолютно пустые. Становилось больно у многих на душе, при взгляде на него. а некоторые с удовольствием за этим наблюдали.
А потом он снова его пристегивал за ошейник, руки и ноги сковывал кандалами, вешая ключ себе на шею. И уходил, оставляя Майка одного, наедине со своей болью, наедине с собой, наедине со своим отчаянием.

11 лет назад. (Майку и Честеру по 14 лет)
Майку нравилось жить с Честером, с ним было хорошо и уютно. Честер, как и обещал, заботился о нем. Честер был спецом на все руки и в любой сфере. Он жил на чердаке одного из домов в солидном районе, там у него было все обставлено не хуже, чем в любой квартире. Большая кровать, холодильник, стол, стулья, диван, ванная, все, что нужно для хорошей жизни. Половину мебели ему дали жильцы, пожалев мальчика. Честер договорился с жильцами, и они письменно дали разрешение на проживание там, в обмен на это Честер им доставлял газеты и иногда выполнял мелкие поручения, за что ему платили. Еще он работал в тату салоне, набивая татуировки, что у него получалось отменно, несмотря на его маленький возраст, у него был большой список клиентуры. Майк помогал ему с эскизами, а днем они работали после школы в забегаловке. Они зарабатывали себе на жизнь, им был никто не нужен. Родителей у Честера не было, отец бросил их еще до его рождения, а мать умерла при родах, потом приют и побег из него. И с 10 лет он живет самостоятельной жизнью, ходит в школу и зарабатывает себе на жизнь. Они хорошо питались, у них всегда был полный холодильник, всегда было, что одеть, всегда содержался дом и одежда в чистоте. Майку было хорошо с Честером, с первого дня он спал только с ним, отказываясь ложиться где-то еще. А Честер был не против, ему нравилось заботиться о нем. Майк чувствовал себя ребенком в руках взрослого, Честер был намного сильнее морально его и намного взрослее. Он прожил всю жизнь один. Полагаясь только на себя и ни на кого больше. Майк чувствовал и восхищался внутренней силой своего друга. В 14 лет, Майк признался Честеру, что у него болит сердце, когда он смотрит на него, что ему плохо без него, он сказал, что не знает, что это. Но Честер не стал отвечать, притянув Майка к себе и поцеловал. Честер много читал, он читал и о сексе. Он теоретически знал, как все это делается. Он целовал Майка, и между поцелуями говорил, что любит его, что никогда его не бросит, что никогда не обидит и никому не позволит причинить Майку боль.

0

6

Продолжение:
Настоящее время.
Прошел определенный период времени, хотя, скорее неопределенный, Майк не понимал, сколько он уже тут. С ним никто не говорил, да и он молчал. А что он мог сказать? Попросить о помощи, попросить убить его, попросить отпустить его? Нет, он только сделает хуже тому человеку, он просто нагло подставит его, Майк был не такой. И ему некуда было бежать. Они не имели постоянного места жительства, постоянные разъезды по разным странам, гостиницы, мотели, иногда приходилось спать на земле или в палатках, если был короткий отдых от заданий, то они жили в штабе. Даже дело не в квартире или деньгах, ему просто не было больше места в этом мире. Он не смог бы нигде жить. он был морально уничтожен.
С каждым днем Майк забывал запах Честера, запах его тела, запах тела его Честера. Он забывал постепенно его образ, потому что голова отказывалась работать. Мозг отказывался функционировать, он только заставлял тело работать в автономном режиме. Майк несколько раз пытался ввести себя в искусственную кому, но у него это никак не получалось, это хорошо получалось у Честера. У него все хорошо получалось. Честер…
Майк часто шептал его имя во сне, часто видел этот ужасный огонь, он видел этот несчастный домик с его друзьями, как он сгорал, а он засыпал в это время и ничем не мог помочь.
К шрамам с первого дня, когда Вес бил его плетью, прибавилось еще около сотни, сдирая заново кожу, распарывая и заставляя снова истекать кровью. А потом этот раствор, который плавил все внутренности, и становилось легче, хоть и ненадолго.
Когда Весу становилось скучно, то он имел Майка в рот. Весу нравилось насиловать рот Майка, он говорил, что тот очень соблазнительно смотрится с членом во рту. С его членом, с членом хозяина и обладателя этого тела. Он жестоко насиловал его рот, истязал его, насаживал его на свой член, грубо держа за волосы, а потом заставлял захлебываться его спермой. Вес не аккуратно обращался с ним, у Майка часто немного рвались уголки губ, вызывая болезненные ощущения. Все тело ныло от синяков, передвигаться было невыносимо. Майк еле ходил за своим хозяином, задний проход беспощадно болел, приходилось хромать. Но Весу было плевать, он каждый день снова и снова рвал Майка, использовал как свою подстилку, как свою супер дешевую шлюху, с которой можно делать все, что захочешь, а потом с перерезанным горлом выбросить в сточную канаву.
Майк не понимал, да и никто из подчиненных Веса не понимал, почему он снова и снова брал Майка, точнее это покалеченное тело. Человеком Майк сам уже не мог себя назвать. Тело изранено, душа тоже, а что тогда делает его человеком, больше ничего в нем нет человеческого. Майк поражался выносливости своего тела. Он сотню раз успел проклясть это качество, которое раньше было незаменимым и очень полезным, а сейчас он только просил, что бы тело скорее отказало. Он хотел умереть во сне, просто взять и не проснуться, чтобы у него остановилось сердце. Пусть оно разорвется, но только умереть. У него не было шанса сбежать, он был слишком слаб, слишком много охраны было, которые были вооружены в отличие от него и при отличном состоянии здоровья. Он даже не смог бы бежать, он ходил то с трудом, даже через силу, он не смог бы пробежать и драться. Он был обречен. Майк смирился. Он смирился с тем, что проживет так всю оставшуюся жизнь, надеясь, что она продлится недолго.
Сегодня Весу захотелось чего-то нового, ему перестал нравиться тихий скулеж Майка в постели, когда он его трахал. Сегодня он его избивал не плетью, а очень тонким и длинным прутом, который был похож на розгу. Он не разрывал кожу и не сдирал ее, но он больно вспарывал немного зажившие шрамы, углубляясь в кожу, вспарывая до мяса, до мышц спины. Он каждый раз подвешивал Майка за веревки к потолку, а когда тот был без сознания, отстегивал его. Иногда бил вдобавок ногами. Но сегодня он был особо изобретательным, устроив показательное выступление перед своими подчиненными. После избиения он положил Майка на кровать, залечивая новые раны, а потом приказал все своим людям, которые находились в этом месте, включая повара и уборщика, который часто менял постельное белье, потому что после каждого прихода Веса оно было в крови Майка. Всего было 10 человек, включая самого Веса, и они все присутствовали в тот момент. Двое держали руки Майка, который лежал неподвижно на кровати. Ему было все равно, что на него смотрят столько людей, ему уже было на это плевать. Держать ему руки было бессмысленно, он не собирался вырываться, было слишком больно, чтобы пошевелиться. Болела каждая клеточка тела, простыни неприятно прилегали к свежим ранам. Вес сидел между широко разведенных ног Майка, и смотрел ему в глаза, злобно ухмыляясь. Все подчиненные боялись его, боялись таких припадков их начальника, но в тоже время боялись ему перечить или попытаться убить. Он слишком хорошо платил, и все было построено на страхе. Он одной рукой дрочил свой член, а другой двигал внутри Майка вибратор. Майк только мог дышать, сжимая зубы от боли, потому что чувствовал, что по бедрам течет его собственная кровь из снова разорванного сфинктера.
Хищный оскал и тихий смех прорезал тишину комнаты. Он одним рывком вошел в Майка, не вынимая вибратор, и сильно сжал его яйца. Майк закричал. Майк кричал, как никогда в жизни. Майк кричал из последних сил, умирая от боли, напрягая руки, выгибаясь в спине, и, пытаясь сжаться и отползти от него. Глаза стали влажными впервые за все это время, за все это время унижения и рабства. Но Майк не позволил слезам скатиться и выбежать из глаз. Он вспомнил улыбку Честера, такая открытая и добрая, родная и любимая, любимая до боли и замирания сердца, его слова «Майки, я прошу тебя, пообещай, что ты будешь жить, что ты останешься жив. Если любишь меня, пообещай мне это», они больно ударяли по остаткам искалеченной души. Он непроизвольно повернул голову в сторону его служащих, куда угодно, только не смотреть на него, они смотрели с отвращением, а повар с жалостью, они не могли ничем помочь, он был простой повар, не обученный убивать. И кто он такой, что бы мешать развлечениям начальника? Охранники крепко держали руки, не давая ему вырваться. Он рвано дышал, пытаясь отгородиться от боли, пока Вес яростно вколачивался в него всем корпусом, тело Майка двигалось на кровати, подчиняясь движениям Веса. Он держал его бедра, сильно сжимая кожу, видя, как Майк морщится от дополнительной боли. Он трахал и постоянно повторял «мой… мой… мой».
Вес кончал долго и громко, все стояли в немом страхе и наблюдали, как он размазывает все по телу Майка, как втирает свой запах в его. Майк уже не понимал, что было дальше. В голове отдавались слова Веса: «он сгорел, он умирал заживо». А перед глазами вставали страшные картины той ночи. Ошейник за все время с Майка ни разу не снимали, это доказывало его ничтожность, его ущербность и принадлежность господину и хозяину в одном лице. Снова кандалы и цепи, защелкивается замок. Майк закрывает глаза, пытаясь ненадолго уснуть, пытаясь отдохнуть перед следующей пыткой.

0

7

Продолжение:
10 лет назад. (всем парням по 15 лет)
Один из посетителей салона Честера, которому тот сделал один из эскизов Майка, наколов его на руки. Он предложил мальчикам походить в секцию самообороны, те с радостью согласились. Они посещали каждый день школу, затем работа, потом секция, а потом они без сил заваливались домой. Майк каждую ночь прижимался к Честеру, не желая отпускать его даже во сне. У них были безобидные ласки и поцелуи. Честер не врал себе, что не хотел Майка, он хотел его, хотел подарить ему всю любовь, на которую способен, хотел подарить ему нежность и удовольствие, и много-много любви, которая переполняла его. И в один из вечеров, Майк сам попросил об этом, так просто, как констатация факта, что он хочет зайти дальше, что он готов отдать всего себя Честеру, что он готов принадлежать этому человеку весь и без остатка, если тот этого захочет. Честеру показали, как все это делается, его знакомые из тату салона друг на друге, он в тайне надеялся, что когда-нибудь наступит этот день, когда Майк этого захочет, и тогда он будет готов. Они узнавали в ту ночь друг друга с новой стороны, со стороны еще не известной, не изведанной, немного болезненной, но такой мучительно сладкой и удивительной.
В школе никто больше не смел, прикасаться к Майку, они боялись Честера, но Майк и сам уже мог за себя постоять, он перестал быть тем слабаком, которого все унижали. Они с Честером стали самыми сильными в школе, даже среди старшеклассников, все боялись их трогать. Ни для кого не было секретом, что они жили вместе и что они любят друг друга. Майку и Честеру было наплевать на все это, это их не интересовало.
Как-то вечером, точнее уже ночью, они возвращались домой. Им пришлось задержаться в тату салоне, Майк набивал уже вторую татуировку на теле Честера, это были рыбки, а первыми Майк набил огненное племя, струящееся от кистей. На улице, по которой они обычно возвращались домой, не работали фонари, и освещение было только с соседних улиц. Их окружила толпа парней от 17 до 23 лет, быстро оглядевшись, они насчитали 12 парней против них двоих, силы были не равны при любом раскладе.
Майк с Честером встали спина к спине, чтобы не допустить атаки сзади.
-голубки, такие маленькие, а уже трахают друг друга, - говори один из них, насмехаясь над ребятами.
-с чего ты взял? Они же дети, - ответил другой, сомневаясь в удачности этой идеи.
-а ты не видел, как они смотрят друг на друга? Идиот ты слепой, - ответил первый, приближаясь к парням и нарушая круг, - посмотрим, на что они способны, ведь никто не против гей порно посмотреть?
Он начал приближаться к Майку. Майк стоял на месте, он не боялся его. Он отвык бояться, не видя в этом смысла. Он уже привык надевать маску холодности и неприступности, только с Честером он был открытым и нежным, добрым и ласковым, только ему Майк доверял свои чувства. Он не позволял больше никому их видеть и давать повод ими воспользоваться.
-только тронь его,- Честер встал вперед Майка, загораживая его своим телом, при этом прислушиваясь, что происходит сзади, но этот парень подходил ближе, злобно ухмыляясь, - еще шаг и ты труп, - пригрозил Честер, готовый к атаке.
Парень не послушался его и сделал маленький шаг в его сторону, Честер зарычал, словно зверь и согнул ноги в коленях готовый к прыжку на соперника, он видел боковым зрением, как Майк встает на изготовку.
-а вы не думаете, что 12 против 2 это не слишком честно?, - из противоположного переулка вышли четверо парней.
Завязалась драка и эти шестеро, которые не знали до этой минуты друг друга, которые объединились из двух групп быстро уложили 12 тупых ребят. Несколько ссадин и царапин, ничего страшного больше они не обнаружили на себе.
Спустя некоторое время эти четверо, которых звали: Бред, Феникс, Джо и Роб, переехали к Майку с Честером. Им была приятна компания, им было весело проводить время друг с другом, но они вместе прожили всего несколько дней. Гуляя ночью в парке, их всех поймала полиция за то, что они нарушили комендантский час. В участке выяснилось, что ни у кого из них нет родителей. И что же тогда с ними делать? Позвонили в специальные службы, они приплатили полиции за молчание и забрали подростков к себе в управление. На протяжении многих лет они готовили из них супер бойцов, элитное подразделение, лучших из лучших. И им это удалось, они стали мастерами своего дела.

0

8

Продолжение:
Настоящее время.
Майк лежал пристегнутый, он только проснулся от очередного огня, что был в его кошмаре. Хотелось безумно есть, хотелось нормальной еды, хотелось горячего и чего-то более сытного, чем хлеб с водой. Голова немного кружилась от голода, но это ни шло, ни в какое сравнение с болью по всему телу. Майк не удачно дернулся, сам не понимая от чего, скорее просто судороги и застонал от боли, кажется, разошелся один из шрамов. Он успокоил сам себя, говоря, что все в порядке и уснул снова, не в силах больше находится в бодрствующем состоянии.
Снова пожар и огонь, всепоглощающий и всеобъемлющий, пожирающий его Честера, и только голос из огня, такой родной и знакомый. Но огонь в этот раз захватил и его. Его плечо опалял огонь, обжигал.
-Майк… Майк… - Честер отчаянно звал Майка, нежно и аккуратно касаясь его, боясь причинить боль. Он потерял на время дар речи, когда увидел тело Майка. Вся спина рассечена, на внутренней стороне бедер кровь, все тело в синяках. Он боялся прикоснуться к нему, он боялся, что может сделать ему больно. Но его глаза в тоже время наливались злостью, их уже переполняла ярость, безумие и стремление к действию. Он убьет того, что так посмел с ним поступить. Он убьет его, заставляя мучиться. Он будет наносить порез за порезом, отрезать палец за пальцем, прижигать и выжигать имя Майка на теле этого человека.
Дом загорелся так быстро, что времени среагировать, практически не было. Они были в ловушке, только огонь повсюду, стало невозможно дышать из-за жара и дыма, некоторые из них начинали задыхаться, но товарищи поддерживали их, держа их тела, не давая погибнуть. Все произошло так быстро, что они и сами практически не поняли, как все это было. Стены сгорели быстро, несколько минут, если не меньше, стены стали не прочными, стали тонкими. Они смогли прорваться через них, закрывая лица куртками, кое-кто обжегся, но серьезных травм не было.
Честер аккуратно перевернул Майка, на глаза наворачивались слезы, у него разрывалось сердце от вида Майка. Он хотел забрать всю боль себе, он был готов сам все это терпеть, лишь бы не трогали Майка, лишь бы Майк был цел. Майк застонал в руках Честера, тихо охая от боли, смотря с испугом в глаза любимого. Он не верил, что такое возможно, он думал, что наконец-то умер, наконец-то его тело сжалилось над ним и сердце остановилось.
-Чес, - хрипло прошептал он, голос сорвался, говорить было тяжело и в горле пересохло. Голос сорвался после последней игры Веса с его телом.
Честер не выдержал этого зрелища, он прижал Майка к себе, причиняя тому боль, но Майк был счастлив этой боли, она доказывала, что он жив, что Честер рядом.
-Майк… Майк… Майк…,- шептал Честер, целуя лицо своего любовника, своего любимого человека, ради которого он здесь.
Майку было больно смотреть на него. Ему было больно осознавать, что Честер проделал такой путь зря, потратил зря время на его поиски. Майк больше не способен нормально жить. Он знал, что может прийти Вес, и тогда он будет мучить Честера. Честер был сейчас слабее Веса, у него была обуза – Майк, он зависел от него, его жизнь зависела от жизни Майка.
-уходи, Чес, он может вернуться, уходи, - просил Майк охрипшим голосом, он хотел кричать, только чтобы Честер ушел. Честер испуганно отодвинулся от Майка, поражаясь интонациями в его голосе.
-Майк, я без тебя не уйду, - твердо сказал Честер, взглядом осматривая комнату, и, увидев джинсы, которые на половину были закинуты под кровать, это оказались джинсы Майка. Он подбежал к нему, желая помочь одеться.
-зачем я тебе? Я больше не человек, я отброс, - шептал Майк, смотря в темные глаза любовника, - я вряд ли способен теперь жить, я не смогу даже сексом заниматься, посмотри на меня, зачем тебе это надо? Уходи, Чес, я прошу тебя.
-я пришел за своей жизнью и сердцем – за тобой Майки, - он оглядел Майка, пытаясь сдержать ком злости и боли, что подступал к горлу, - плевать я хотел на секс, он ни что для меня, а ты - все.
Майк не знал, что сказать. Он знал, что Честер не врет, иначе бы его здесь не было, иначе бы он его не искал.
-я не могу даже идти нормально, - сказал обреченно Майк, аккуратно поднимаясь, пытаясь принять сидячее положение. Честер вовремя успел его подхватить, прежде чем тот упал, когда поднялся во весь рост.
-если ты не можешь идти, то я тебя понесу, - твердо сказал Честер, опускаясь перед Майком на колени, проводя осторожно ладонями по внутренней стороне бедер, там, где была засохшая кровь, помогая тому надеть джинсы, Майк хватался за плечи Честера, чтобы не упасть. Верхней одежды не нашлось, да и Майку было уже все равно, Честер был с ним, остальное не важно. Он стоял голым по пояс, покалеченным и смотрел на Честера взглядом побитой собаки, но в тоже время в его глазах собралась, казалось, вся любовь этого мира.
Поднявшись с колен, Честер вложил в руку Майка пистолет, а сам взял запасной.
-сейчас будет больно, когда я возьму тебя на руки, - предупредил Честер, становясь удобнее, чтобы взять Майка.
-нет, я сам, - сказал Майк, по привычке проверяя работоспособность пистолета: вытащив обойму, убедившись, что он заряжен, зарядив пулю в патронник, сняв с предохранителя. Сейчас в его ослабших руках, пистолет казался неимоверной ношей, но теперь его это не волновало. Его сейчас волновало только, как вывести Честера отсюда, и как спасти ему жизнь. Честер посмотрел на него сомнительным взглядом, он не понимал, как Майк сможет идти в таком состоянии. Честер взглядом, как бы задавал вопрос «уверен?». На что Майк кивнул, наслаждаясь мимолетной улыбкой любовника.
-хорошо, тогда идем медленно, - сказал Честер, перехватывая пистолет двумя руками и выставляя перед собой, чтобы не тратить время на это, если понадобиться стрелять.
-а что с парнями?,- спросил Майк, боясь услышать плохой ответ.
-Роб и Бред обеспечивают отход, а остальные зачищают этот склад, - сказал Честер и обернулся посмотреть на Майка. Тот еле стоял на ногах, израненное тело, вызывало жалость к нему, хотелось взять его на руки и унести отсюда, не дать ему причинить себе большую боль.
-что за склад?, - спросил Майк, подходя к Честеру, который находился в задумчивости, по-прежнему не спуская глаз с Майка, в них было сомнение, - хорошо подумай Честер, стоит ли рисковать ради такого убожества своей жизнью? уходите пока не поздно, уходите.
Кандалы Честер уже давно снял, это не составило особого труда, имея отмычки. Он осторожно перерезал ошейник на шее Майка и отбросил его в сторону. Майк потер красный след рукой.
-Майк, - сказал Честер, подходя ближе к нему. Если бы Майк был здоров, то Честер бы ударил его за такие слова, что он позволил себе такое сказать, что он позволил себе думать, что Честера интересует только тело Майка, что Майк не понял за все эти годы, что он любит его, - думай, что говоришь. Ты так говоришь, будто не хотел, чтобы я приходил. Если я тебе больше не нужен, хорошо, я не появлюсь в поле твоего зрения, но только после того, как вытащу тебя отсюда и вылечу. Если ты захочешь уйти – это будет твое решение, я не смею тебе мешать, - Честер на секунду отвернулся, чтобы Майк не увидел боль в его глазах, боль, что сейчас погружала его сердце в пучину страданий, - мне будет тяжело, знаю, но я не имею права держать тебя, если ты этого не хочешь. Я слишком сильно тебя люблю, чтобы делать тебя несчастным, заставляя быть с собой.
Честер не заметил, как Майк, прилагая огромные усилия, приблизился к Честеру и обнял его со спины, целуя в загривок.
-прости, - прошептал он, - я хотел сказать, что вряд ли смогу тебе дать то, что давал раньше. Я искалечен, как внешне, так и внутренне. Я не пригоден теперь для жизни с людьми. Я стал простой подстилкой, которую трахают, когда хотят и как хотят, куда хотят…
Честер аккуратно развернулся в его руках, заставляя Майка прервать свою речь.
-Кенджи, - Честер так назвал Майка впервые, положил руку ему на щеку, проводя большим пальцем по темному кругу под глазом,- никогда не смей так себя называть. Я обещал тебе кое-что в детстве, помнишь? Я обещал тебе, что не оставлю тебя никогда и позабочусь о тебе. Мне не нужна жизнь, если в ней нет тебя. Хотя, ты и есть вся моя жизнь, прошу, не убивай меня сейчас, позволь помочь тебе, - взмолился Честер, - мне от тебя никогда ничего было не надо, я никогда ничего не просил тебя, кроме как обещать, что ты будешь беречь себя. Я не обещаю, что смогу полностью тебя вылечить, что смогу исцелить твое сердце и душу, - Честер положил руку ему на сердце, чувствуя прежний ритм сердца. Прежние толчки о руку, как будто сердце Майка желало ласки Честера, как маленький котенок, - но я буду стараться, я продам душу дьяволу, я вытерплю любую боль и мучения, лишь бы тебе было хорошо. Я никогда не оставлю тебя, - с этими словами Честер снял пистолет с предохранителя и выстрелил сквозь стену, с той стороны послышался сдавленный стон и как тяжелое тело упало на пол.
Честер слышал шаги этого человека, он отчетливо их слышал, он представлял, как он двигается, и ждал только удачного момента для выстрела. Он знал, что это не могут быть кто-то из парней, они ходили бесшумно, а эта была шаркающая походка.
-пошли, - шепнул Честер.

0

9

Продолжение:
Они пробирались по складу, медленно и осторожно, Майк кусал губы, чтобы только не орать от боли. Честер видел мучения Майка и проклинал себя, что ничем не мог помочь, что был бессилен в этой ситуации. Проклинал, что все запасы обезболивающих инъекций утонули вместе с машиной, тогда на мосту.
Это место оказалось огромным складом, в котором бы поместилось 3 самолета. А внутри самого склада был поставлен маленький домик, состоящий из нескольких комнат, как раз там и держали Майка. Они наткнулись на Джо и Феникса, Майк был несказанно рад их видеть. Он был рад, что все те, кто был ему дорог живы.
-мы зачистили здание, -доложили они Честеру, не в силах отвести взгляд от тела Майка, тому было неловко, что его так откровенно рассматривали.
-уходим тогда, - холодно произнес Честер.
-стой, я хочу забрать записи, -сказал Майк, ребята подняли вопросительно на него глаза, - записи, того, что он со мной делал, - закончил Майк, воспоминания сразу всплывали в голове. Честер подошел к нему, поднимая за подбородок и заставляя взглядом смотреть ему в глаза.
-не вспоминай, Майк, не надо, - Честеру хотелось безумно обнять Майка, прижать к себе, целовать, унося с поцелуями его боль, стирая кровавые отметины с кожи, но это невозможно, они живут в реальном мире, так просто здесь ничего не стирается ни с тела, ни с памяти, и потом он боялся, что Майку теперь он будет противен, будут противны мужчины. Но он не хотел возбуждения, он хотел защитить его, он хотел доказать, что он рядом, - пошли. Ребята, ждите в машине.
Те кивнули, он знал, что Майк хочет увидеть их без свидетелей, он не хочет, чтобы это кто-то видел.
-куда мы потом?, - спросил Майк, пока они шли в комнату, где находились мониторы. Хоть камер и не было видно, но Майк точно знал, что они есть. Это были скрытые камеры, он понял по Весу, что такой человек, как он будет записывать, чтобы потом пересматривать записи, когда Майк умрет от его пыток.
-как и собирались на остров, - ответил Честер, - Джо, оказывает уже несколько лет назад вынашивал эту идею и прикупил не плохой островок, не дорогой, но безумно красивый; купим яхту и будем жить вдали от этого гнусного мира.
-а как же компания?
-я не знаю, они нас никак не смогут найти, - твердо сказал Честер, - я думаю, что они поняли, что мы живы.
-но мы не предатели, это был все Вес Борланд, он подставил нас, он хотел забрать меня у тебя, - Майк взял Честера за руку и переплел их пальцы, слегка сжимая. Честер поднес руку Майка к своему лицу и потерся о нее щекой, а затем нежно поцеловал.
-не вспоминай о нем, прошу тебя, не делай себе больно, - твердо и в тоже время мягко сказал Честер, - ребята зачистили здание, значит, он мертв, но если бы можно было умирать дважды, то я бы убил его еще раз, а потом еще, и еще.
Они дошли до той самой комнаты, осторожность никогда не была лишней и они по одному зашли в комнату, держа оружие наготове. Там оказалось пусто, только сверкали мониторы. Честер сел за компьютер, ища в папках видео файлы, а Майк осматривал помещение, на одном из стеллажей стоял ящик, Майка потянуло к нему, он сам не понимал, чем он смог его привлечь. Открыв задвижку, он заглянул внутрь, там были диски с подписями «сучка Майк», «трах моей сучки» и тому подобные, Майк сразу напрягся. Он боялся включать эти записи, но нужно было проверить, то ли это. Взяв первый попавшийся диск, он увидел, что на диске еще была написана дата.
-сколько прошло времени с той ночи?,- спросил Майк, открывая дисковод компьютера.
-37 дней, - грустно сказал Честер, и посмотрел на Майка, получив одобрительный кивок голову он включил запись, -о, Боже, - вырвалось у него помимо его воли.
Видеозапись велась с нескольких ракурсов, на ней был Майк, на ней был тот самый раз, когда Майк не сдержался и кричал, что было сил. Майк отвернулся от монитора компьютера, сжимая кулаки и кусая губы, ему казалось, что он снова все это чувствует. Честер прокрутил немного вперед, он попал в тот момент, когда Майку рассекали спину удары этого тонкого прутика, еще щелчок мышки, и он попадает на тот момент, когда все смотрят, как Вес насилует Майка, а потом раздается тот самый крик. Майк не заметил движения Честера, он не заметил, но только потом услышал, как разбивается экран компьютера, как плоский экран трескается и изображение пропадает, покрываясь рябью, пока совсем не меркнет.
Честер вытащил диск и протянул его Майку, смотря ему в глаза. Он боялся, что если обнимет его, то Майк его оттолкнет.
-я жду снаружи, - тихо сказал он, выходя из комнаты, чтобы только Майк не видел боль, гнев, злость, ярость, чтобы он только не увидел бешенства в глазах Честера, чтобы он не увидел жажды крови и убийства в его глазах.
Через несколько минут Майк вышел уже без коробки с дисками и кивнул, что все в порядке.
Они направились к выходу, здесь им больше было нечего делать. Дверь на склад была открыта и Майк, как будто впервые увидел в своей жизни свет, как мотылек всю жизнь проведший во мраке, тянулся к нему. Честер следовал за ним, Майк тащил его за руку, радуясь свету, радуясь, что теперь все хорошо. Майк оглянулся посмотреть на Честера, увидеть в них нежность и любовь. Но вместо них, за спиной своего любимого он увидел лицо Веса и еще двух охранников, тех самых, которые держали тогда его руки.
Вес одними губами прошептал «Мой», и начал подминать пистолет, готовый выстрелить в спину Честера. Майк, собрав всю свою волю, всю силу, преодолевая ужасную боль, что сейчас окутывала его своими путами, собрав все свою любовь к Честеру, он обнял его, разворачиваясь вместе с ним, закрывая его своей спиной, закрывая и оберегая его, делая так, как всегда поступал он. Прозвучали выстрелы. Три пули, выпущенные Майком, быстро нашли свои сердца, которые, казалось, притягивают эти пули, которые только и бьются, желая ощутить ее. Все прошло так быстро, что Честер практически не успел сориентироваться. Майк, смотрел на него так, как никогда в жизни, как никогда до этого момента. В его глазах было столько любви, столько обожания, столько преданности, что казалось, что в этих чувствах, в этих глазах можно утонуть. Честер обнимал тело Майка, пока тот оседал на пол. В спине у него было несколько пуль, которым удалось до него добраться. Все шрамы на спине снова прорвались, текла кровь. Майк делал глубокие вдохи, пытаясь дышать, кажется, пуля задела легкое. Майк опустился на пол, ощутив прохладу спиной, и жгучую боль. Холод разливался по всему телу, появлялась некая легкость, но в тоже время дикая боль оповещала, что он пока жив.
Всего несколько часов назад Майк мечтал об этих пулях, мечтах умереть, но не сейчас. Сейчас ему отчаянно хотелось жить. Он только заново обрел Честера, только заново почувствовал себя живым, целым, не сломленным до конца, и снова теряет его, снова его забирают у него. От этого становилось хуже, от этого становилось гораздо больнее. Он только заново обрел его, но уже должен уйти, он только заново встретил его, но уже пора проститься, но на прощание не осталось сил. Тонкая струйка крови стекала из уголка губ, хриплый вдох, не в силах больше сдерживать дыхание.
Честер смотрел на него испуганными глазами, в которых был только страх и боль, отчаяние и безнадежность. Прибежали парни на шум выстрелов, но Майк уже этого не видел, его глаза закрылись. Он перестал дышать, его сердце перестало биться.
Майк уже не мог этого увидеть, но парни стали свидетелями безумства Честера. Он выпустил всю обойму в тело Веса, но он не помогло избавиться от боли, что разрывала душу. Тогда он стал пинать его тело, отчаянно с остервенением, но и это не дало результата. Только после того, как он ножом на всю спину Веса вырезал «Майк» и после того, как он вырезал из его груди сердце, полив его бензином, из канистры, что стояла в машине, после того, как его сердце сгорело, Честер смог упокоиться, смог немного привести свои чувства. Он только бросил «уходим» и отправился в машину. Сидя на сидении, раскачиваясь из стороны в сторону, смотря в одну точку и шепча «Майк», так они ехали к заветной цели, где они могли обрести новый дом.

0

10

Продолжение:
3 года спустя.
Далекий остров, остров вечного лета и тепла. Вечного наслаждения и отдыха, никаких забот и опасности, только те люди, которые тебе дороги. Только те, с которыми ты захочешь жить в этом маленьком отдаленном раю.
Четверо мужчин лежали на пляже на шезлонгах, их жены были на кухне, они готовили ужин. Они все жили вместе. У каждого был свой маленький домик, свой персональный уголок уединения, но обедали, завтракали и ужинали они вместе, как большая и дружная семья. Да в принципе, они и есть большая и дружная семья.
Четверо мужчин лежали и вспоминали прошлое, задумывались и строили предположения о будущем, и говорили о настоящем.
-мы тогда понесли большие потери, на том складе, - с сожалением вспоминал Феникс.
-да уж, действительно большие, столько всего произошло, - подтвердил Хан, поднося к губам стакан и через трубочку потягивая коктейль.
-я никогда не перестану восхищаться ими, - сказал Роб, томно прикрывая глаза.
-ты о чем?, - не понял Бред и толкнул Роба в плечо, потому что казалось, что он заснул.
-о Майке и Честере, - ответил Роб, и повисла неприятная тишина, - психику Майка еще искалечили в детстве, а потом и тот случай, а Честер всегда был рядом, всегда, - Роб принял сидячее положения и смотрел на линию горизонта, скоро должен был быть закат, возможно, сегодня удастся увидеть зеленый луч света, который возникает в самый последний момент, когда заходит солнце, Роб всегда хотел его увидеть с тех пор, как прочитал об этом в какой-то книге, - я восхищаюсь силой их обоих, не каждые так смогут. Им не нужно ничего кроме друг друга, у них есть свой собственный рай, -Роб взглядом указал на двух людей, которые лежали наполовину в воде, в объятиях друг друга.
Эти двое не замечали ничего вокруг, для них не существовало этого мира, даже этого острова. Для каждого существовал тот, кого он прижимал к себе, лежа на половину в воде, когда теплая вода приятно набегала на тело, а потом снова уносилась в морские волны.
Майк лежал на Честере, половину веса своего тела поддерживая самостоятельно, упираясь коленями и локтем во влажный песок. Честер был рад, он радовался, как ребенок, когда сегодня на лице Майка появилась улыбка, впервые за три года он улыбнулся, впервые он смог преодолеть эту боль. Честер провел рукой по щеке Майка, наслаждаясь ее гладкостью, мягкостью и как у любовника горят глаза. В них сейчас нет боли, только обожание, только любовь, только счастье и все это для Честера, все это благодаря Честеру. Майк целовал его не в силах остановиться, не в силах оторваться от этого человека, который был для него всем, а Честер и не хотел, чтобы это прекращалось, он хотел продлить этот момент на вечность. Им казалось, что время вокруг них остановилось, что времени больше не существует, только пленительная глубина глаз друг друга, только Майк для Честера, и Честер для Майка имели смысл в данный момент.
-Честер, - шептал Майк, наслаждаясь «вкусом» имени любовника, - Честер…
Честеру было не важно, сколько раз назовет его Майк по имени, это было не важно, важно, что сейчас Майк рядом, что он чувствует его, что он чувствует его горячее дыхание то у себя на шее, то на лице; что он чувствует теплоту его глаз, которые не желали смотреть куда-то еще, кроме как в глаза любимому; что он чувствует биение его сердца; что он чувствует тяжесть его тела, и это так приятно. Честер провел кончиками пальцев по спине, ощущая шрамы, которые располагались по всей поверхности спины.
-я хочу сегодня попробовать, - говорит Майк и Честер знает, что речь идет о сексе.
За эти три года, Честер говорил с Майком всего лишь один раз о сексе, и то по инициативе Шиноды. Тот хотел своего любовника, хотел доставить ему удовольствие, сделать ему приятное, совсем как раньше. Майк не хотел считать себя ущербным из-за того, что произошло, это все было в прошлом. Честер бы продал душу, только чтобы улыбка не сходила с губ Майка.
Честер каждый день с ужасом вспоминал эти три года. Эти три года ада, эти три года страданий Майка. Когда три года назад сердце Майка отключилось, Честер потерял себя, он не смог контролировать свои эмоции и мыслить здраво, он отдался гневу и жажде отмщения, а остальные смогли держать себя в руках, и надо отдать должное профессионализму Роба, который смог откачать Майка, проколов легкое иглой от шприца и давая легкому раскрыться. У него было около минуты, что бы вынуть пули, без ввода обезболивающего, которого не было, Роб справился со своей задачей, а потом массаж сердца. Это было трудно, потому что прошло время после остановки, а оно было дорого, Роб в отчаянии чуть не сломал ребра Майку от силы нажима, но тот очнулся. Честер тогда вырезал «Майк», он не знал, что настоящий Майк жив сейчас и нуждается в нем, нет, он был поглощен чувствами. Бред вколол ему одно из проверенных снотворных, которые нормально действовали на организм Майка. Его перенесли в машину, и пока Роб с Бредом занимались его лечением, Джо и Феникс пошли за Честером, тот смотрел на догорающее сердце. Он сказал, что пора уходить и в машине он сидел рядом с телом Майка, раскачиваясь и повторяя его имя, не в силах ничего сделать, наблюдая за работой Роба и Бреда, не в силах помочь и облегчить боль Майка. Он винил себя в своей несдержанности, он не должен был тогда покидать Майка.
А потом начался ад в раю, скверные времена на острове мечты. В первый год было очень тяжело. Тогда все силы уходили на поддержание здоровья Майка, на его лечение. Раны упорно не хотели заживать, шрамы постоянно расходились. Майк постоянно спал и практически не желал просыпаться, он мучился в собственном кошмаре, он боролся с собственным зверем, который желал сломить и убить его. Было тяжело, оттого что Майк не хотел говорить о своей боли, он упорно молчал.
Честер постоянно был рядом, всегда и везде. Постоянно поддерживая Майка, оберегая его даже от друзей и их девушек. Хоть Честер и готов был отпустить Майка, если тот не захочет быть с ним, но он этого безумно боялся. Он боялся потерять его, потерять свою жизнь, потерять самую значимую часть своей души. Честер был готов навсегда забыть о поцелуях, ласках и сексе с Майком, но только чтобы тот был рядом. Честер хотел всегда защищать его, проклиная себя за то, что не был рядом в сложный момент. Но Майк не отталкивал Честера, он не отталкивал его объятий и поцелуев в щеку, лоб, висок.
На второй год Майк сам, просыпаясь каждую ночь с криками из-за кошмаров, весь в поту, дрожащий с ног до головы, прижимался сильнее к Честеру, боясь, что все повторится, боясь даже не столько боли, сколько того, что Честера могут у него забрать, что он снова будет лежать с ошейником и закованный в цепи, утопая в собственном отчаяние и горе, боясь, что в один день Честер уйдет. А Честер никуда и не собирался уходить, он всегда был рядом.
На третий год Майк стал более менее приходить в себя, стал оживать, стал говорить с ребятами, с их девушками, стал рисовать. Он выливал всю боль на бумагу, или строил замки из песка. Он говорил, что сосредоточенность отвлекает от боли и воспоминаний.
Никто не знал, что благодаря Майку компания их не ищет. В той комнате с записями, когда Честер вышел, оставляя Майка одного, Майк принял верное решение, оставив записи там, и, подписав только на коробке «не пытайтесь искать. P.S. проверяйте справки из психиатрических клиник у своих сотрудников». Он скинул сигнал в компанию, сигнал, что здесь опасный преступник, так делали все служащие, если требовалась подмога, и он знал, что они приедут, он знал, что они все обыщут и найдут записи, и найдут ту самую, которая полностью оправдает их, что они найдут записи пыток Майка, и что они увидят истинную сторону их сотрудников, он знал, что они посмотрят все записи и найдут ту, когда Вес признался, что это он предатель.
После очередного кошмара на третий год пребывания на острове, Майк, прижимаясь к Честеру спросил:
-что будет дальше?
-не понимаю, - ответил Честер, опускаясь чуть ниже, чтобы видеть глаза Майка.
-ты мужчина, тебе нужен секс, - сказал Майк.
Честер за все это время ни разу не думал об измене, он ни разу не прикоснулся к себе, в попытке удовлетворить. Он не мог, он просто не мог на подсознательном уровне из-за Майка.
-я могу и без него прожить, это не главное, главное – ты,- Честер поцеловал Майка в лоб, - главное, что ты рядом и потихоньку выздоравливаешь, мне большего счастья и не надо.
-Чес, ты не должен страдать из-за меня, - Майк смущенно опустил глаза, - возьми меня сейчас, как раньше или позволь мне сделать хотя бы минет тебе.
Честер ошарашено посмотрел на него.
-скажи, я похож на садиста, который помешан на сексе?, - спросил он, усаживаясь на кровать и смотря на пляж, который было видно из их окна.
-я боюсь, что в одни день проснусь и тебя не будет рядом, что ты просто уйдешь, потому что я не смог дать тебе этого, - прошептал Майк, отворачиваясь на бок, чтобы не смотреть на Честера.
-никогда не смей допускать такой мысли, - твердо сказал он, ложась рядом и обнимая его со спины, - я всегда буду рядом.
Честеру было не противно прикасаться к Майку, не противно было бы заняться с ним сексом, ему было противно от той мысли, что он может причинить Майку боль.
Честер каждый день вспоминал эти три года, но сейчас, спустя 6 месяцев, после того разговора, они снова к нему вернулись, и Честер снова хотел дать отказ, но он решил сделать так, как всегда они делали – найти компромисс.
-я соглашусь с одним условием, - Майк внимательно на него посмотрел, сжимаясь внутри,- о пассивной роли в постели ты забудешь навсегда.
Честер знал, что это правильный выбор. И что такого в том, что теперь Майк будет сверху? Какая разница? От этого суть не меняется. Майк внимательно смотрел на Честера, будто изучая его лицо, будто впервые его видит, хотя наизусть знал каждую черточку.
-ты уверен, что хочешь этого?, - спросил Майк.
-если ты этого хочешь, тогда и я, и потом ты говорил это приятно, - Честер улыбнулся, увлекая Майка в нежный поцелуй. Он знал, что теперь все будет налаживаться. А Майк был убежден, что Честер готов на все ради него, что сердце, которое отчеканивало четкий ритм под его рукой, всегда будет биться только ради него.
Конец.

0


Вы здесь » LINRAMM » Slash » Предатель (Просто Маша)